- Ты что, знаешь дорогу? Ну веди, Сусанин.

Луша бодро поскакала в ту сторону, куда я совсем не собирался. Ну, думаю, ладно, до темноты в любом случае куда-нибудь выйдем. Пусть пробует. Луша же перестала рыскать по сторонам, теперь она уверенно трусила по тропинкам, иногда срезая путь через заросли. Она бежала, оглядываясь и поджидала меня, если я отставал. К моему глубочайшему удивлению, не прошло и получаса, как мы вышли к реке, а недалеко, вниз по течению, зеленели наши палатки. Ну, умница, ну следопыт! И ведь шла она назад совсем не по нашим следам, а по одному ей известному «компасу».

Вечером мы долго сидели у костра. Туристы знают, как это здорово: коротать вечер у огня с друзьями. Попивать чай, бренчать на гитаре, вести вроде бы бестолковые, но такие задушевные разговоры. А если к ужину испекли блинчики, да еще со свежим малиновым вареньем, то сидеть можно хоть всю ночь. Луша не очень понимала нашей тяги к долгим посиделкам. Обычно она часам к десяти уходила в палатку и забиралась в мой спальник, в котором мы и спали потом всю ночь вместе. Но, в этот раз, не дождавшись моего прихода, вылезла и притопала к костру. Взъерошенная борода и сонные глаза будто упрекали: «Долго ты еще будешь тут мерзнуть? Пойдем уже, я спальник нагрела».

Увидев, что я отрицательно покачал головой, вздохнула, залезла к мне на колени, и свернувшись калачиком, щурилась на огонь. Так мы с ней и просидели почти до утра.

КУРИНАЯ ОХОТА

В 1992 году мы неожиданно для себя купили дом в деревне недалеко от тихого провинциального городка Ветлуги, притулившегося на крутом берегу одноименной реки в двухстах пятидесяти километрах от Нижнего Новгорода. Предстояло провести в новом «поместье» летний отпуск: обустроить избу, подправить забор, подлатать крышу, просто обжить. Нам с мамой очень приглянулись эти заволжские места. Чистые сосновые боры, пронизанные солнцем, белый ковер ягельника, яркие шапки красноголовиков – подосиновиков, коричневый велюр боровиков – во все это великолепие нельзя было не влюбиться.

Первая поездка в деревню стала очередным приключением для Лукерьи. Поезда и автобусы после похода для нее уже не были в новинку, но она все равно получала огромное удовольствие от созерцания бегущего за окном пейзажа. Если в купе было приоткрыто окно, Луша непременно высовывала голову навстречу набегающему ветру. Уши ее трепались набегающим потоком, ноздри жадно поглощали встречные запахи лесов, полей, пролетающих мимо деревень. Луша всегда предвкушала встречу с новым и обязательно прекрасным.