достаточном расстоянии, чтобы ни у кого не вызывать подозрений или лишнего внимания. – Ты монстр, – шепчу я. – Отпусти его, хватит мучить. Он же ни в чем не виноват. – Не будь такой наивной, Катерина. Люди – это инструмент для достижения цели, вот и все. И ты не исключение. Увидишь. Один разговор, десять минут, и я его отпущу. Обещаю. – Твоему слову нет веры, – сопротивляюсь я и, как могу, тяну время, чтобы Ричард успел поговорить с королем и найти меня здесь. Себастьян поднимает руку и совершает незначительный жест, но внизу его понимают. Джона тут же хватают за волосы, запрокидывают голову назад и изо всех сил наносят удар в живот. Мой бывший друг хрипит, из уголка рта стекает темная капля крови, лицо искажается в дикой муке, а к горлу прикасается острый кинжал. – Нет, прекрати, – молю я, ощущая, как внутри все стягивается в удушающий узел. – Перестань. Хорошо, давай поговорим. Еще один жест и кинжал оставляет без внимания бьющуюся пульсом вену и опускается вниз. – Иди через зал к распахнутым дверям возле столов с закусками. Там королевская галерея, найти картину «Битва драконов» и жди меня. Бросаю последний взгляд на Джона и не могу сдержать дрожь, молча разворачиваюсь, выхожу в зал и иду в нужном направлении. Пары танцуют, женщины и мужчины, собравшись в небольшие компании, весело смеются, лишь мне одной невесело, я целеустремленно иду к дверям галереи, судорожно выискивая в толпе своего мужа. Вот уже просторное помещение, а графа нигде не видно. Прохожу внутрь и подхожу к большому полотну, где один дракон возвышается над другим, побежденным, но в глазах последнего читается невероятная сила духа и смелость. Останавливаюсь и перевожу дыхание. Я здесь не одна, есть еще две пары, которые осматривают картины, вот только и они потихоньку двигаются к выходу и выходят. Ладно, это всего лишь разговор, здесь в замке, комната проходная, сюда то и дело заглядывают гости, поэтому Себастьян ничего мне не сделает. Главное, чтобы он отпустил Джона. Мой друг предал меня, но моя совесть не может позволить, чтобы из-за меня его пытали и убили. К тому же я уверена, что Джона вынудили отвернуться от меня и сказать неправду, вынудили ценой жизни близких. Я это понимаю, но все равно внутри все сжимает от обиды. На стену падает тень, за спиной слышу, как кто-то глубоко дышит, не оборачиваюсь, но всеми фибрами своей души ощущаю черную энергетику Себастьяна. – Я хотел по-хорошему, Катерина, предлагал вернуться ко мне, на свои территории, просто все забыть и начать сначала, но