Фёдор взялся за дело, а я занялся посадкой семян и уже через полчаса понял, что пять мешочков — это очень много! Даже навык «Крепкая спина» оказался бессилен перед этим огородным марафоном. Огурцы, помидоры, рядом с ними сладкий перец, чуть дальше отдельно кабачки и горох вдоль забора. Орчиха шла за мной, следом поливая семена из ведра.
Бекон тоже не оставался в стороне. Они с Пеструшкой обходили грядки по краю, останавливаясь там, куда попало меньше воды.
— Ишь, раскомандовались! — проворчала Грумхильда. — А тебе, курица, нужно яйца высиживать. Вот как ты опять из загона выбралась? Я же всё там проверила!
Пеструшка возмущённо закудахтала, а кот пренебрежительно фыркнул, мол, никому не дано обуздать их любопытство и свободу.
Когда мы с орчихой закончили, Фёдор натянул ткань на дуги. Вышло очень даже прилично, а через дыры будет солнце светить, да воздух проходить.
От таких трудов здорово разыгрался аппетит, и мы дружной гурьбой отправились уничтожать запасы. Их ещё с завтрака осталось немало. И когда досыта наелся, понял, что совсем стемнело и до Мирового Древа сегодня мне уже не дойти. Поэтому я достал карту и решил сначала его найти на ней.
Мой палец уверенно шёл от трактира на восток до болота и старого кургана. Насчёт луга я не был уверен, он мог зарасти за это время, но так или иначе, я всё равно нашёл нужное место. Удивительно, но именно там, где рос дуб, на карте было изображено дерево. Одно-единственное.
— А вот и план на завтра, — сказал я Бекону. — Теперь можно и поспать.
— Мяу! — с готовностью ответил кот и поспешил занять лучшее место на кровати.
Глава 5
Хоть я и устал за день, ночью всё равно ворочался. Мне всё время казалось, что Очаг зовёт меня, требуя немедленно найти Пыльцу Мирового Древа. Я крутился с боку на бок, слушая, как дождь барабанит по крыше трактира, и как Бекон похрапывает во сне. Старый дуб на краю луга всего в двух часах пути от трактира. Вроде просто и практически рядом, но будет ли там Пыльца?
С этими мыслями я и проваливался в сон дальше, чтобы через короткий миг снова поправить подушку или убрать от лица хвост кота. Когда наступило утро, у меня было ощущение, что я уже излазил все болота и курганы в поисках заветного древа.
— Пора вставать, — сонно сказал я, тронул Бекона. — Времени и так мало.
Кот приоткрыл один глаз, широко зевнул и перевернулся на другой бок. Пришлось применять волшебное слово для таких ситуаций.
— Бекон, завтрак!
— Мяу! — он подскочил и с прищуром посмотрел на меня.
— Он на кухне внизу, честное слово!
Я плеснул в лицо воды, наскоро оделся и поспешил вниз, где Грумхильда варила кашу.