Глава 1. Обрыв
Страница 6 из 9
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 1. Обрыв

Страница 6

Нет.

Я мотнула головой, сидя на полу санузла, и слёзы брызнули в стороны, как капли дождя с лобового стекла.

Нет. Не может быть. Это ошибка. Совпадение. Браслет — не её. Студенческий — она забыла, они друзья, папа подвозил её, она оставила билет в машине, он принёс его домой, это нормально, это логично, это…

Но я знала.

Я знала так, как знала, что небо голубое, а лёд холодный, — всем телом, каждой клеткой, каждым нервом, каждым ударом сердца, которое колотилось в груди, как пойманная птица, и кричало мне в рёбра: «Правда! Правда! Правда! Хватит врать себе! Хватит быть слепой! Хватит!»

Я встала.

Ноги подкашивались, пол качался, стены плыли, но я встала, потому что я — Вольская, и Вольские не сидят на полу в санузлах, даже когда их мир рушится. Я подошла к зеркалу и увидела в нём чужое лицо: белое, как мел, с размазанной тушью, с красными, опухшими глазами, с дрожащими губами, на которых застыла горечь рвоты. Это была не я. Это была девочка, которую предали. Девочка, которая потеряла всё — подругу, отца, доверие, иллюзии, — за один час, за одну минуту, за один взгляд на мраморную тумбочку в прихожей.

Я схватила студенческий билет и браслет.

Сунула их в карман куртки, не думая, зачем, не планируя, не рассчитывая, — просто схватила, как хватают улики, как хватают оружие, как хватают последнее, что связывает тебя с реальностью, в которой ты ещё можешь что-то сделать, что-то изменить, что-то крикнуть в лицо тем, кто тебя уничтожил.

Я выбежала из пентхауса.

Не закрыла дверь. Не взяла сумку. Не нажала кнопку лифта — побежала по лестнице, перепрыгивая через три ступени, спотыкаясь, хватаясь за перила, и мои каблуки грохотали по бетонным ступеням, как выстрелы, как набат, как крик, который я не могла издать горлом и который издавали мои ноги. Двадцать третий этаж. Двадцатый. Пятнадцатый. Десятый. Пятый. Я не чувствовала ни усталости, ни боли в коленях, ни одышки — только ярость, только огонь, только лаву, которая текла по моим венам вместо крови и жгла всё на своём пути.

Я вылетела из подъезда, рванула к машине, завела двигатель с третьей попытки, потому что руки тряслись так, что ключ не попадал в замок, и вылетела из паркинга, нарушая все правила, все знаки, все ограничения, которые мой отец вбил в мою голову за двадцать лет своей ледяной муштры.

Светофоры горели красным — я не останавливалась. Пешеходы шарахались — я не замечала. Клаксоны гудели за спиной — я не слышала. В ушах был только белый шум, и в груди — только огонь, и в глазах — только слёзы, которые застилали дорогу, превращая Москву в размытое, плывущее, нереальное пятно.

назадназад
1 ... 4 5 6 7 8 9
впередвперед