— Я настаиваю, — перебивает. — И я всем займусь. Времени мало, но…
— Тормози, — говорю тише прежнего, так как в фильме перестали разговаривать и посторонний шум стих. — Я спрошу у отца, какой у меня бюджет, и тогда решим. Мой день рождения, а значит, мои правила. Может, в кафе?
— Уже что-то, — отвечает вроде нормально, но в ее голосе слышится доля упрека. Огромная такая доля.
— Расскажи, какие тут заведения самые нормальные…
Оставшиеся три урока мы с Кирой не замолкали. Мы говорили о моем предстоящем дне рождении, о ее недавнем восемнадцатилетии, и я все еще не поняла, почему эта цифра имеет для подруги такой глобальный смысл. Это просто возраст. Ну да, совершеннолетие, и что? Вон Арсений совершеннолетний, но это не мешает ему дурить и все остальное. И какой от этого смысл?
Одна мысль зацепляется за другую, и все они приводят меня к Арсению. Не могу перестать о нем думать.
Все же было так хорошо. Особенно эта случайная ночевка. Вспоминаю и сама себе улыбаюсь. Тогда в моей комнате он был добрым и смешным. Но когда я пришла к нему домой, он был совершенно другим парнем. Грубым, нагловатым и равнодушным. Я смотрела на него, а в его глазах была лишь злость.
На кого он так злится?
— Ты опять тормознула? — Толкает меня в плечо Кира в столовой.
— Ты не видела Волкова? — спрашиваю и снова оглядываюсь по сторонам.
Его не было на первом уроке, и я почему-то подумала, что он проспал. Но его нет нигде. Он не пришел в школу?
— Прогуливает, наверное. Для него это обычное дело.
— Он совсем не такой, каким кажется… — хочу оправдать парня, но это не требуется.
— Я знаю, — спокойно отвечает Кира. — Был не такой. Они с Тимом дружили раньше. Это, кстати, Арс нас познакомил. Но потом горе в семье, и его будто подменили. После лета девятого класса он пришел в школу, и понеслось. Драки, стычки с учителями, постоянные скандалы. Все ему давали поблажку, якобы парень переживает потерю. И он даже немного взялся за ум. Оценки исправил, все такое, но прежним уже не стал. Ну а потом… Нет никакого потом. Он стал таким, каким ты его знаешь. Пьет, говорит всякую чушь и все время нарваться пытается.
— У них была дружная семья, не знаешь?
— Тим говорил, что Арсений и его отец были как два лучших друга. Всегда вместе, общие интересы и все в этом роде.
— А как он умер?
— Авария, но подробностей я не знаю.
— Ужас какой…
— А вон и твой Волков, — кивает Кира на вход в столовую. — Вспомни хорошего человека добрым словом, — шутит подруга, как вдруг возмущенно: — Не поняла?
И я не очень поняла. Почему Арсений подходит к раздаче, берет еду и садится за стол? И делает он это не один, а вместе с Машей…