— Руки держим прямо, — раздался сбоку голос мам-па. — Не филоним, ещё пять приседаний. И раз…

Татьяна села и начала вставать, как её остановил голос мам-па:

— Я сказала раз! Команды два не было…

И девочка быстро присела обратно.

— Внимательнее слушаем команды, Тани, и руки… руки прямо перед собой, — говорит женщина. — Теперь, руки в стороны и два!

Татьяна встала, ноги дрожали, пот заливал глаза. Рядом такой же потной, красной и взъерошенной была Алитта. Девочки переглянулись и подруга закатила глаза, сделав жалобное лицо.

— Не надо мне тут строить из себя помирающих, вы вполне ещё можете работать, так что, раз… — голос подал команду, и девочки буквально сложились, присев.

И кто же знал, что ласковая и добрая мам-па, окажется таким зверем на тренировке! Ужас же натуральный! Унтер, фельдфебель… теперь понятно, почему она такая сильная и тренированная. Мам-па похоже, никогда себя не жалела вообще. Ну… судя по виденным тренировкам, это так и есть. И ведь она говорила, что занимается так с самого детства. Неудивительно, что она такая сильная. Мам-па и здесь может защитить любого, от кого угодно, настоящий воин. Как и там, на Земле…

Девочка редко вспоминала Землю, жизнь там, давно казалась ей сном, порой прекрасным, а порой… Момента смерти Татьяна не помнила, просто дорога, музыка в наушниках, любимые ею и её отцом песни, которые он и слушал, а вместе с ним и она. Папа, всё самое дорогое и счастливое, было связано именно с ним. Мать никогда её так не любила, скорее Татьяна была для неё статусной игрушкой, навроде смартфона от всем известной фирмы, с огрызком яблока на эмблеме. И смерть отца на фронте, стала для девочки настоящим горем. Что бы ни говорили, про то, что он герой. Но, она предпочла бы, чтобы он был жив и с нею. Вейлтар же, с самого начала был с нею неласков. Здешняя семья, её не любила, не ненавидела, нет… скорее, всем было на неё наплевать. А её ум, находчивость и целеустремлённость. Казались им, а особенно здешнему отцу-лудоману настоящим вызовом и одновременно укором. Пусть Хранители и сказали ей, там, в кромешной тьме, что она будет с отцом, но когда и где рассказывать не стали. И она ждала его, все эти годы ждала и дождалась. Только вот папа, внезапно оказался мамой! Тот день, когда она пришла в себя после кристалла, запомнился ей особо. Когда мам-па залезла в палатку на её зов, то для девочки, словно солнце взошло. Всё её естество потянулось к этой, тогда ещё совершенно незнакомой молоденькой женщине. И все последующие дни, до того самого, когда всё открылось в её душе бушевала буря. Часть тянулась к Найран, а часть противилась, говоря, что надо искать папу. И в тот памятный вечер, лежа под боком у девушки, она сама не понимая почему, не могла уснуть, казалось, что рядом не юная охотница, а папа. А уж когда та запела на русском, старую песню Чай-Ф… Таня всё поняла. Ну, кто ещё, кроме папы, мог её петь ей на Вейлтаре⁈ Она застыла тогда, прижав руку мам-па к груди и, всё внутри ликовало и пело от счастья. Он рядом, он здесь, он пришёл и спас!