— Сиди здесь, — бросила она холодно.

Как будто я собираюсь уйти.

Настроение у меня испортилось. С одной стороны я понимал, что проклятия меня методично закапывают, провоцируя людей провоцировать меня. А с другой… Как же это утомляет. Может, в том и задумка? Если подумать, то прикончить меня на любом из этапов проще простого. У богов нет проблем с тем, чтобы отправить сюда персонификацию. Да чего уж. Достаточно намекнуть своим верующим, что я еретик и что тот, кто прикончит меня, получит благословение. Но они этого не делают.

Ни покоя, ни любви, ни дружбы, ни меча. По сути, меня обрекли на вечное одиночество и конфликты с окружающими.

Ну и ладно. Посмотрим, кто кого.

Неизвестно, насколько адекватно Фетисова меня воспринимала, но больше никто меня душить не пытался. Минут через десять прислали нового человека. Он был несуразным. Лопоухий. Я ничего не имею против больших ушей, но здесь их будто от другого человека прилепили, не особо умело, настолько, что они смотрелись как инородный элемент. Бледное лицо, маленький подбородок, жиденькие и сальные волосы. Очки… Боги, что это были за очки.

— Очки вам достались от бабушки? Надеюсь, это было наследство, и вы не обокрали бедную старушку, — не удержался я.

— Что, простите? — поправил эти самые очки мужчина.

— Очки у вас крутые. Самое то, чтобы сидеть в мягком кресле, укутавшись шалью, смотреть за бегающими вокруг внуками и вязать. В перерывах между тем, чтобы печь для этих самых внуков пирожки.

— Вам не понравились мои очки? — растерянно спросил он.

— Они соперничают с ушами.

— Соперничают?

— А вы мастер переспрашивать?

— А вы любите выводить людей из себя?

— А вы уже начинаете рубить фишку, да? Что будет на этот раз? Дыба? Пытка стилем? Разговоры о том, как соблазнить девушку?

— Зря стараетесь, господин Эварницкий. Меня из себя вывести не получится.

— Звучит как вызов.

— Вы очень последовательны. Так методично настраивать корпус против себя.

— Корпус тоже методичен. Мастерски настроил меня против себя.

— Думаете, вам хватит сил враждовать с корпусом?

— Ни в коем случае. Я маленькая пешка. Или кость. Знаете, такие мелкие, противные рыбные кости, которые застревают в горле.

— Знаю. У меня так дядя умер, — признался он.

— Сочувствую.

— Не стоит. Может, приступим?

— Начинайте.

— Меня сюда прислали наконец-то заняться делом, — ответил он. — Теперь я вижу, почему именно меня.

— Вы самый спокойный в вашем зверинце?

— И дотошный.

— Звучит угрожающе.

— Многие с вами согласятся. Попрошу вас назвать полное имя, возраст, дату рождения, место рождения…

— Вы переоцениваете мою способность запоминать вопросы.