— Когда летел сюда, надеялся, что мне не придётся проводить такую политику. Но чем дольше я здесь нахожусь, тем больше утверждаюсь во мнении, что подобные меры необходимы. То, что мы сделали, было негуманно. Однако справедливо.
— Я согласен, Ваша Светлость. Это было справедливо. И хотя я полностью вас поддерживаю в отношении к применению подобных мер, вопрос с возможным восстанием на Кюсю никуда не исчез.
Мартен кивнул.
— Верно. Поэтому мы с генерал-лейтенантом Григоровичем будем думать, как не довести ситуацию до восстания, одновременно отбив у местных всякое желание браться за оружие.
Дмитрий повернулся.
— Впрочем, прямо сейчас меня как раз интересует оружие. Откуда они берут столько стволов, подполковник?
Дубров вздохнул.
— Контрабанда под видом рыбной ловли. Рацион местных крестьян от одной до двух третей состоит из рыбы. Ежедневно целые флотилии рыбацких лодок выходят в море. Больше всего их, конечно же, во Внутреннем Море, там погода заметно спокойнее. Отслеживать всех приплывающих и уплывающих невозможно.
— Насколько много лодок? В конкретных цифрах, — спросил Куница.
Подполковник чуть задумался.
— На Кюсю проживает семь миллионов человек, Ваша Светлость. Из них шесть с половиной — крестьяне, занятые сельским хозяйством и рыбной ловлей. Около двух миллионов проживает на берегу. Каждый день в море уходят десятки тысяч маленьких судёнышек, от шлюпки на одного человека до небольших баркасов с тремя или четырьмя членами экипажа.
— И рыбачат все, что с Кюсю, что с Хонсю и Сикоку, в одних и тех же водах?
— Само собой, Ваша Светлость.
Дмитрий покачал головой.
— Как они ещё рыбу не извели?
— Так они уже не первую сотню лет что-то с рыбой магичат, чтобы быстрее росла. Ну, раньше магичили их даймё. А сейчас рыбаки в море плывут с подкормкой, высыпают всё в воду, а потом уже ловят.
— Вопрос был риторический, подполковник, — вздохнул Куница.
Дубров бросил на генерал-губернатора удивлённый взгляд, промолчав.
— Предупредите генерал-лейтенанта Григоровича обо мне. Надеюсь, он уделит мне время. Нам многое нужно обсудить, — распорядился Мартен.
— Слушаюсь, Ваша Светлость, — кивнул подполковник.
Пока Дубров передавал приказ на машину, оснащённую радиостанцией, Дмитрий прикрыл глаза и опустил голову.
Москва. Поместье герцога Мартена
Январь 1984 года
— Ты уверен, что нам не надо приехать? — спросила Славяна.
Девушка сжимала в руках трубку, прижимая динамик к уху, хотя голос Дмитрия распространялся по всему кабинету.
«Уверен, Слава. Я очень хочу к тебе, и очень не хочу тащить тебя и всех вас сюда. Мы не с солдатами воюем, а местное население подавляем. Это не война. Наши враги — простые гражданские. Не хочу, чтобы ты всё это видела» — настоял Дима.