— А-а-ар! — зарывала Слава.
Более ничего не говоря, Кудрявцева вышла из кабинета. Ядвига посмотрела на Люду с вопросом и некоторым укором.
— Что⁈ Я тоже переживаю, вообще-то! — возмутилась Люда.
— Что чувствуешь? — спросила полька.
Люда сразу растеряла боевой настрой, обняв себя руками.
— Ничего. На расстоянии и так сложно что-то разобрать, до меня доносились только отголоски его чувств. А затем, как отрезало. Я ощущаю само его присутствие, но ничего более. Будто он запер все эмоции. Закрылся.
— А она? — Слава кивнула на дверь.
Люда прошла до кресла и села.
— Славяна-то? Перепугалась сильно. Переживает. Злиться на себя. Ну и на нас, понятное дело. Ты сама всё видела.
Ядвига чуть наклонила голову.
— А что я не видела?
Доброславова бросила на польку быстрый взгляд, нахмурилась, отвернувшись в сторону.
— Не знаю, не могу разобрать. Слишком сложный клубок эмоций.
Ядвига несколько секунд смотрела на Людмилу, а затем сдержанно рассмеялась, вызвав удивление Доброславовой.
— Как иронично. Ты чувствуешь эмоции, как никто другой, но не умеешь их понять.
Людмила нахмурилась.
— Знаешь что…
Но полька её перебила.
— Нет и не хочу. Я хотела поговорить о другом, — Ядвига раздражённо дёрнула щекой. — С тобой и Славой. Теперь только с тобой.
Доброславова закинула ногу на ногу и сложила руки в замок, закрываясь.
— Может, я тоже не хочу слушать?
— Соберись! — одёрнула девушку полька. — Это важно.
Люда с удивлением смотрела, как Ядвига достаёт и активирует артефакт.
— От кого нам защищаться здесь? — спросила она.
— Узнаешь. Пока Дима готовился к поездке, я ездила домой. Говорила с родителями и дядей. Я рассказала им о Диме.
Щёки Ядвиги заалели, выдавая напряжение и смущение. Люда удивилась.
— Это… Я даже не знаю…
— Нужен был совет. Взгляд со стороны.
Ответ заставил Людмилу досадливо прикусить губу.
— Да, иногда взгляда со стороны не хватает. Хотя твой рассказ, наверное, звучал, как изрядная небылица.
Ядвига кивнула, продолжив.
— Дядя сказал, что Диму используют.
Доброславова фыркнула.
— Тоже мне открытие. Мы всё время, от прихода этого немца и до отъезда Димы бились, перебирая кто мог и зачем. Очевидно, что Диму хотят использовать, чтобы он запустил некоторые события.
Однако полька отрицательно покачала головой.
— Нет. В Царстве Польском такую интригу называли Dobrze Odżywiony Wilk, Сытый Волк ( автр. вымышленно, не гуглите ).
— Почему?
— Дмитрий опасен, как хищник. Владеет секретами. Но пассивен, бездейственен, сыт.
— Опасается резких действий, чтобы не стать триггером к катастрофе. — поняла Люда.
Полька подтвердила её слова кивком.