Услышав позади голоса выбежавших из донжона послушников, магистр прервал заклинание и обернулся:
— Руны Жизняки и печати Развольности! Собновите их! Скорёха!
Послушники бросились врассыпную, а из прохода быстрым шагом вышли Алехорд и Гехрам. Они тут же поднялись на стену. Как раз вовремя: перезаряженные требушеты отправили в небо новую порцию снарядов. Теперь не подожжённых, будто враги понадеялись, что чёрные точки затеряются на фоне сизости сумерек.
— Южнявая опушка. По наши души мертвечень сприходунила, — сказал Гонтукхар, снова отводя атаку неистовой бурей.
Алехорд с Гехрамом тоже не теряли времени зря: наложили на себя руны, увеличивающие дальность заклинаний — на растопыренных пальцах затрещали крохотные молнии. Вот-вот оборона должна была обернуться внезапным наступлением. Маги сильно удивились, когда позади вдруг что-то зашумело — Гехрама вмиг размазало по треснувшему зубцу, с которым он, словно с надгробием, полетел вниз. Стену заполонил грохот, клубы пыли и застучавшие повсюду осколки. Атака шла с севера! Гонтукхар, укрывший себя и Алехорда воздушными конусами, с опозданием осознал случившееся: осаждающие так же затаились с противоположной стороны, выжидая удачного момента для обстрела — им стала буря, что лишь усилила его мощь попутным ветром.
Развеяв защитные чары, магистр описал навершием посоха вытянутую спираль — взвившийся под сапогами вихрь поднял его высоко над крепостью, над стонами раненых и тревожными возгласами. Отсюда в лесу без труда различалось множество костров. На севере и юге. Магических. Не испускавших столбов дыма. Крепость осаждали по меньшей мере два авангарда. С учётом того, что могли прибыть ещё — неясно, под чьими знамёнами выступали атакующие, — следовало укрепить позиции и выстроить план действий.
— Сочлените куполище! — спускаясь, крикнул Гонтукхар. — Все, кто на ножинах! — уточнил он, глядя, как один из послушников оттаскивает товарища с залитым кровью лицом. — Ал, командичай!
Оставив раненых и наложение рун, возглавленные Алехордом послушники заняли западную и восточную стены, хоть как-то защищённые от обстрела угловыми башнями, где принялись спешно колдовать.
Магистр же с помощью воздушных потоков переместил корчившихся во дворе раненых к донжону, прочертив между трупами и горящими камнями жуткие багровые полосы. Треть дэнрийцев уже не встретит рассвет, а кошмарная ночь только начиналась…
* * *
Лайла с сияющими на ладонях рунами стояла возле мрачной опушки. Пламенные диски отразили все возвращённые магией снаряды, но руками до сих пор владела мелкая дрожь. За спиной надрывно скрежетали осадные оружия. Те самые, о которых Джон рассказывал ещё в Эльтароне. Могучие деревянные аисты клевали землю, а затем вскидывали головы, отправляя в небо щербатые каменья, что несли дэнрийцам смерть и разрушения. Однако сейчас Лайла переживала лишь за тех, кто бесшумными тенями скользил по зарослям мальвы. Где-то там, в море цветов, отважные стрелки готовились нанести удар…