Дым уходит в небо, песок черный и весь устелен трупами жуков. Кое-где бугрятся туши «Спартанов», которых успели завалить, кое-где я вижу человеческие тела, но их мало, очень мало. Жуксы, если они добираются до человека, попросту рвут бедолагу на части, разрывают в клочья.
Высоко в небе кружат рапидусы, высматривая противника, позади нас наступают новые волны ВКС — «Спартаны» с группами сопровождения идут вперед.
Где-то мелькают вспышки — бойцы стреляют. Видно, кто-то из жуксов все же пережил творящуюся несколько секунд назад вакханалию, или же бойцы просто добивают раненых жуков.
— «Глаз-1», продолжить движение!
Приказ сержанта я услышал, но потребовалось несколько секунд, прежде чем я продублировал его для своей МТГ — ребята устали, нужно дать им время отдышаться.
Да чего там, у меня самого трясутся руки и ноги от напряжения. Все же бой был страшный и, казалось, мы обречены, но все обошлось, наши подоспели вовремя…
Единственный вопрос — чего раньше было не устроить бомбардировку, не перебить жуксов прежде, чем они добрались до нас?
Впрочем, быть может, командование просто не ожидало, что вылезет столько насекомых, что они все скопом ломанутся в атаку?
Как бы там ни было, а ошибку свою командиры признали быстро, и столь же быстро исправили: больше никаких орд насекомых нам не встречалось.
Нет, редкие отряды или даже «одиночные» особи попадались, но разбирались с ними в считанные секунды.
«Спартан», который мы сопровождали, стрелял все реже и реже, и я искренне надеялся, что это просто целей становится меньше, а не экипаж экономит боеприпасы.
Когда местные светила начали клониться к горизонту, нам и вовсе поступил приказ остановиться и занять позицию, что мы с превеликим удовольствием сделали.
Этого я совершенно не ожидал: если днем на этой чертовой планетке самое настоящее пекло — жжет так, что потеть прекращаешь уже через полчаса, так как пот закончился, то ночью тут довольно прохладно. И это еще мягко сказано.
Наши костюмы пусть и не рассчитаны на экстремальные температуры, но все же должны более-менее защищать от зноя и холода. Должны, но не защищают.
Я замерз так, что зубом на зуб не попадал.
— Мороз, — заявил Куча, который, как и я, замерз. — Интересно, сколько градусов?
— Открой информативный экран и погляди, — проворчала Выдра.
— Около двадцати ггадусов! — заявил Дед, переминавшийся с ноги на ногу. — Кугаж! Мы долго тут будем тогчать?
— Я откуда знаю? — проворчал я. — Сказано — остановиться и ждать дальнейших приказов…
— Глядите-ка, — удивленно протянул Куча, ткнув пальцем куда-то вперед. — Ребята что, костер разожгли?