Майор вещал долго и проникновенно. Что ж, надо сказать, что не только я, но даже Выдра и Дед, которые все воспринимали с запредельной долей скептицизма и иронии, прониклись.

Я был этим очень удивлен, и даже поинтересовался у них — как так, что они согласны с Тормом?

— Очень пгосто, — пожал плечами Дед, — гано или поздно мы все захотим уйти в отставку, и я бы хотел, чтобы это «гано или поздно» вообще было, и было куда уходить…

— А я не хочу военной диктатуры, — заявила Выдра. — Мне нравится ВКС, нравится служить в рядах космодесанта, но…в гражданской жизни есть свои прелести. А адмирал, уверена, заставит всех ходить по струнке, маршировать на работу и с работы.

— А разве это плохо? — поинтересовался я. — То, что сейчас, лучше? Воровство, казнокрадство, бюрократия…

— А когда это было хорошо? — хмыкнула Выдра. — И неужели ты думаешь, что при военной диктатуре, которую нам устроит Нельсон, казнокрадство, бюрократия и воровство куда-то исчезнут? Да сейчас… Просто став обычным гражданским, ты станешь безвольным червем, который ни на что не имеет права, и даже пикнуть что-то против власти будет тяжким преступлением.

— Мы будем ветеранами, — не согласился Куча, — у нас будут привилегии!

— Ага, губу закати! — рассмеялся Дед. — Пгивилегии он захотел… Ты, сынок, даже не знаешь, какая будет жизнь, так что лучше даже не мечтай.

— Значит, будем тут стоять до последнего? — спросил я.

— Конечно, — кивнул Дед, — меня иногда ВКС так достает, что хочется плюнуть на все, написать гапогт и свалить в какую-нибудь тихую гавань. Хочу, чтобы у меня такая возможность осталась…

— А я считаю, что воякам у власти делать нечего, — заявила Выдра.

— Я с вами не согласен, — буркнул Куча, — но…друзей ведь не бросают.

— А если Нельсон придет к власти, — усмехнулась Выдра, — ты не то что нас бросить должен будешь, но еще и расстрелять как врагов Великой Галактики, Единой Империи, или как он там назовет нас…

— Бред… — не поверил Куча.

— О, ты даже не пгедставляешь, насколько она пгава, — вмешался Дед.

«Вражеских» десантников мы все же дождались. За нами заявилось почти четыре сотни бойцов во главе с коммандером.

Мы же, хоть численно им уступали, имели дополнительные силы в виде нескольких контрразведчиков (с майором Тормом во главе), охранников «больших шишек», и главное — жуксов, командирам которых Торм смог объяснить, что происходит, опустив детали и описав ситуацию как «сторонники войны, воодушевленные победой в недавнем сражении, хотят продолжения».

Жуксы ломались недолго, и все же стали на нашу сторону. И я этому факту был изрядно удивлен. Был уверен, что они предпочли бы постоять в сторонке, дожидаясь, пока мы все друг друга перебьем и потреплем до той степени, когда с нами можно будет легко разобраться.