С громкими матами Мин отошел к багажнику, параллельно набирая номер скорой.

– Вы позвонили в скорую помощь. Чем можем помочь?

– Мы встретили беременную девушку по пути, и у нее отошли воды, – это было самое внятное, что ему удалось выдавить из себя. Ситуация лишала его способности мыслить ясно.

– Вы можете указать ваше точное местоположение и состояние роженицы?

– Мы за городом… на трассе. Секундочку. – Он отодвинул телефон от уха и открыл геолокацию, чтобы назвать точный адрес. – Мой друг студент-медик, и он говорит, что у нее могла преждевременно отслоиться плацента. Он пытается сейчас помочь ей, но он не гинеколог. Он собирается стать нейрохирургом.

Разговаривая, Мин обследовал багажник. Он нашел лежащую в нем бутылку виски и мысленно поблагодарил Вселенную, ведь даже не помнил, как она здесь оказалась.

На другом конце линии дали указания, которые он толком не разобрал, и сказали ждать бригаду скорой. И прежде чем Мин успел поинтересоваться, сколько времени это займет, трубку повесили.

– Держи, – вернулся он и протянул Лайту виски, но тот взглядом указал на свои окровавленные ладони, тем самым прося помочь. Поэтому пришлось открыть бутылку самому и постепенно выливать алкоголь на чужие руки, пока не услышал: «Достаточно».

Лайт склонился над стонущей незнакомкой, пока Мин стоял на улице рядом с автомобилем и беспомощно смотрел на спину соседа. Он думал, что вырос: перестал бояться и чувствовать себя слабым и виноватым. А теперь он снова мог лишь смотреть и ничего не делать. Даже мыслить четко не выходило; так и подмывало сбежать, оставить Лайта, если тому так хочется снова быть героем. Забыть все увиденное. Он отказался становиться врачом. Отказался сталкиваться со смертью. Так почему же вновь это переживает?

– Что с тобой случилось? Ты упала или тебя ударили? – спросил Лайт у девушки.

– Я упала… и долго бежала, – смогла выдавить она из себя. По голосу казалось, что еще немного и незнакомка потеряет сознание.

Лайт снова повернулся к нему.

– Ты должен помочь. Нужно, чтобы ты ее подержал и не позволял ей отключиться.

– Нет… я не могу этого сделать. – Он решительно отказался, отступив назад, и выставил вперед руки, точно защищаясь.

– Ты серьезно? Она может умереть! Какого черта, Мин?! – воскликнул Лайт. Парень выбрался из салона и встал к нему вплотную.

– Я. Не. Врач! – отчеканил в ответ он.

– Я и не прошу им стать. Помоги мне как человек человеку. Мне тоже страшно! Ты сам сказал – я не гинеколог и не учился принимать роды. Лишь один прослушанный курс, хоть я и много читал об этом. Если ничего не делать, пока скорая едет, с ней или ребенком может что-то случится, а я не могу стоять и смотреть, как кто-то умирает! Я ведь отдал последние шесть лет, чтобы воспрепятствовать этому. Для чего тогда все это было?