– Ну, технически я только сегодня получил диплом. Официально еще не работаю, но проходил практику. В университете мы изучали акушерство.

– Что ты делаешь здесь одна в такое время? – в свою очередь спросил Мин. А девушка, похоже, впервые по-настоящему заметила его и тут же отпрянула, закутавшись в огромный пиджак, будто защищала ребенка от угрозы. Он же успел разглядеть на светлом сарафане красные пятна.

– Не бойся, это мой друг. Мы вдвоем поможем тебе. – Лайт осторожно, словно перед ним дикий зверек, положил руку девушке на плечо и ждал ее реакции, а она вновь скрутилась, хватаясь за живот, и застонала с такой неподдельной мукой, что Мин отступил на несколько шагов.

На секунду ему опять стало тринадцать, и перед ним лежала мама. Но иллюзия исчезла, как только Лайт обратился к нему:

– Надо перенести ее в салон. Нельзя осматривать ее прямо здесь, – скомандовал парень и взял девушку на руки. Мин скорее автоматически, чем осознанно помог и открыл заднюю дверь машины. – Отодвинь сиденья вперед. И нужно подложить что-то под нее.

– Говоришь так, словно она будет рожать в моей машине, – отчаяние в голосе выдавало его сполна.

– У нее отошли воды, бег и стресс ускорили процесс, – пыхтя от ноши на своих руках, сказал Лайт. Мин пытался действовать стремительно и не придумал ничего лучшего, чем снять с себя пиджак и накрыть им сиденья, после чего Лайт бережно опустил на него девушку.

– Я сейчас осмотрю тебя, хорошо? Не пугайся, – прошептал беременной Лайт, однако Мин видел страх и в его глазах.

Он отошел, потому что не мог смотреть на то, как Лайт, разведя девичьи ноги, склоняется над незнакомкой. И вовсе не от стыдливости. Это походило на страшный сон. Точно кошмар оживал наяву.

Когда парень снова выпрямился и повернулся, его руки были в крови.

– У нее кровянистые выделения, это плохой знак. Она может потерять ребенка, – сдавленным голосом объявил Лайт. – Мне… нужно продезинфицировать руки. Скажи, что у тебя есть алкоголь в машине, – закончил тот уже более решительно.

Мин закрыл глаза, шумно глотая воздух. Он не верил, что это происходит взаправду.

– Ты собираешься принимать роды?

– Надеюсь, нет. Но шейка матки раскрыта больше, чем на четыре сантиметра. Это активная фаза. Тут ничего не поделать. Позвони в скорую, однако к тому времени, как они приедут, может быть уже поздно.

– Ты не гинеколог! – заорал Мин и все же дрожащими руками начал рыскать по карманам в поисках телефона.

– Лучше уж я, чем никто. Она может истечь кровью или ребенок умрет в утробе. Учитывая вагинальное кровотечение и небольшую возбудимость матки, это похоже на первую стадию отслойки плаценты. Вероятнее всего, именно она и повлияла на преждевременные схватки.