– Привет. Прости, что так долго, Пи’. Понадобилось время, чтобы хоть что-то выведать о Нане.

– Смогла?

– Конечно. Я ведь упоминала, что знаю много сплетниц, которые только и мечтают обмыть ей косточки. Если коротко: стоило Нане вернуться домой, папочка на частном самолете тут же увез ее куда-то, хотя все друзья ожидали триумфальную вечеринку, которую она закатывает каждый раз после возвращения из очередной заграничной поездки. Никто не знал, что случилось. Однако ее подружки не могли просто так сидеть на месте, и, как обычно, кто-то кому-то что-то сболтнул и понеслось. Не могу быть уверена, что это на сто процентов правда, но говорят, что родители поместили ее в… Стой, подожди, я записала – «Центр психолого-психиатрической коррекции и реабилитации» на Западном побережье в Калифорнии. В общем, подальше, и чтобы ее там никто не узнал. Не худшее место, знаешь ли.

– Сбрось мне данные этого центра.

– Да, конечно. Надеюсь, я смогла тебе помочь, Пи’. Мне правда жаль, что с тобой такое случилось.

– Прошлого не изменить. Однако на будущее хорошенько подумай, прежде чем ввязываться в подобное. В следующий раз проблемы могут быть у тебя.

Они закончили разговор, и, когда Мин получил нужный адрес, руки сразу потянулись позвонить Маре. Ведь он всегда звонил девушке, когда хотел добыть нужные сведения. Несмотря на свои возможности, он понял, что источники подобного рода информации у него шли именно через нее. Теперь невероятно злило, что он так полагался на Мару. Слишком сильно, как выяснилось. А ранее повода признавать эту зависимость не возникало.

Но отныне за Марой числился огромный долг – в этот раз речь шла не о просьбе или обмене услугами. Не раздумывая больше ни секунды, он переслал девушке адрес и добавил, чтобы она любым способом достала сведения о диагнозе Наны.

Ужиная тем вечером дома, он листал инстаграм-ленту[34] , когда на кухню вошла Нун. Мин чаще всего ел именно здесь, ведь сидеть одному за большим столом в столовой его не прельщало. С отцом же он вместе трапезничал крайне редко. И каждый раз выходил невыносимо обременительным и заканчивался либо ссорой, либо новыми требованиями, упавшими на его плечи.

– Кхун Равит сейчас вернется. Он позвонил и попросил накрыть для него стол. – Женщина и ее помощницы засуетились на кухне, стараясь успеть подать еду хозяину дома.

– Какая радость, – саркастично заметил Мин, не отрываясь от экрана.

– Лайт тоже скоро должен приехать, и вы можете поужинать втроем.

Услышав это предложение, он с отчетливо читающимся в глазах недовольством посмотрел на экономку.