— Так, — непонимающе посмотрел на него князь.
— Воевать пойдет дружина Виттериха и словене. А тем золото без надобности. Мы на золото, что иудеи дадут, поставим соль и зерно, плащи и рубахи, топоры и косы с государственных мануфактур. А это триста процентов прибыли. А те деньги, что нам все-таки придется монетой выплатить, мы увезем назад прямо с ярмарки в Салоне. Мы туда целый караван с товаром отправим. Я вообще думаю проценты иудеям египетским зерном отдать. Нам его пока все равно девать некуда. Уж слишком много его.
— М-да… — с уважением посмотрел на своего финансиста Самослав. — Страшный ты человек, Збыслав.
— А тем землям, что в Италии возьмем, — порозовел от похвалы Збых, — я уже и применение нашел. Они лет за пять-семь наши затраты полностью вернут.
— Какое же применение? — несказанно удивился Самослав.
— Вино! — торжественно заявил Збыслав. — Засадить там все виноградниками! А то из Бургундии втридорога везем.
— Да! — загорелся князь. — Ты знаешь, что такое шпалера? Нет? И эти дурни тоже не знают! Как последние варвары на палки лозу подвязывают! Своими руками удавил бы!
— Я, государь, новую мануфактуру хочу открыть, — скромно потупился Збыслав. — Дозволишь?
— Это какую же? — подозрительно посмотрел на него Самослав.
— Бочарную, — ответил Збыслав. — Нам теперь много бочек понадобится.
— Десять процентов вложишь, — отрезал князь. — Остальное вложит казна. Ты и так уже не знаешь, куда деньги девать.
1 Спасение короля Ариоальда описано в книге «Последний натиск на восток».
2 Деление людей на живущих по римскому праву или по закону лангобардов, сохранялось чуть ли не до 12 века. И этот вопрос специально уточнялся при отправлении правосудия.
3 Эдикт Ротари, который кодифицирует отношения в лангобардском обществе, будет принят только через три года.
В то же самое время. Ноябрь 640 года. Окрестности города Севистан (в настоящее время — Сехван). Средний Синд.
Древний и богатый город Севистан был истинным сердцем Синда. Еще величайший завоеватель Искандер Двурогий бился с его правителем и победил. Но вот сейчас все оказалось куда сложнее. Надир, которого погнала из дома лютая нужда и ненасытные жены, оценивал свои возможности трезво. У него не было сорока тысяч закаленной в боях пехоты и отрядов фессалийской конницы. А это значит, что огромную и многолюдную страну одной только военной силой ему не покорить. Он шел от Татты быстрым маршем около двух недель и поражался, сколько людей живет по берегам Инда и его притоков. Мелкие городки сдавались сразу же. Им нечего противопоставить армии юга. С большими приходилось возиться.