— В натуре вопрос риторический, Серега, — сказал я. — Ставь сюда пирожки, зови Гундрука. И тех, кто на эти встречи ходит, тоже зови. Только по одному.

— Степана тоже звать? — как бы невзначай спросила Фредерика.

— Не надо, без него разберемся.

И мы, ясное дело, разобрались.

Несмотря на шипение Шнифта, прямо во время работ с амулетами провели серию расспросов. Ребята просто подсаживались к нам за стол, а мы с ними беседовали. Кто отвечал честно — получал пирожок. Кто запирался — тому Гундрук обещал устроить индивидуальный зачет по физкультуре.

В итоге картина сложилась быстро, все пирожки разобрали, особый зачет никому не грозит.

Да и не было там ничего такого… личного, что имело бы смысл скрывать. Дерьмом замазали всех.

И мы — я, Карлос, Фредерика или Аглая, да хоть Гундрук! любой из тех, кто не ходил на занятия! — мы могли бы заметить, что там происходит что-то не то. Однако махнули рукой: ерунда, просто розовые сопли для снежинок, нуждающихся в поддержке.

А там…

— Да как эта хрень вообще сработала? — досадливо-изумленно рыкнул Гундрук, расправляя плечи и окидывая взглядом цех.

Пацаны и девчонки молча корпели над амулетами, никто ему ничего не ответил. Еще один риторический вопрос.

— Вываривание лягушки, — сказал я, — и долбаное окно Овертона. Классика. Ну и еще, знаешь: круго-вая порука мажет как копоть…

— Елки, Строгач, ты о чем вообще? Какие копченые лягушки в окне?

— Забей, братан…

Те, кто ходили на встречи «Моста», вне этих встреч не спешили рассказывать, что там было.

А было вот что: ребят провели по короткой лесенке изменения нормы, и под соусом базовой ритуальной магии подсунули штуку, которая в Государстве Российском называется «магия крови». И они все повелись. Все! Ну почти.

Уже после того, как Немцов угодил в карцер, у «Моста» прошли еще два занятия.

Оставили они тяжкое впечатление, и все ребята признались нам: «чото уже перебор», больше никто туда не собирался идти.

Только вот было… поздно? И если да — для чего? В чем вообще состояла цель этих дрянных занятий?

— Магия крови — она вне закона же? — спросил я, отчаянно ругая себя, что не изучил эту сферу нормально в юридическом смысле. — Уголовка, да?

— По обстоятельствам, — буркнул Карлос, — но часто. Гнилая тема, максимально.

— То есть это колоссальный залет для Гнедичей, — пробормотал я, — все ведь под их руководством происходило… Но зачем⁈

— Очевидно, эфир, накопленный таким отвратительным образом, будет использован для особого ритуала, — тихо сказала Фредерика. — Или уже использован.

…«Мост взаимопомощи» никуда не делся. Амантиэля Сильмарановича еще вчера видели на территории колонии, и сегодняшняя вечерняя встреча (хотя на нее, по уверениям пацанов и девчонок, никто не пошел бы!) — официально отменена не была. Планировалась!