«Ну, что сказать, вообще мой верный вариант — беспомощная старушка, которой одиноко, трудно и еще много чего не ладно по жизни. Сын вот приехал на несколько дней, а так все одна сидит дома у черно-белого телевизора, пока он изо всех сил в Ленинграде науку двигает», — понимаю я.

Почему здесь не двигает? А нет здесь такого направления и из-за национальности не коренной немного, но конкретно так зажимают, так что только Ленинград ему по работе подходит.

— Вот, а я через неделю снова к вам приеду. Я тут постоянно хожу по магазинам, могу вам все купить на неделю спокойно, — забрасываю я свое продуманное предложение.

Старушка не понимает пока смысла моей доброты, однако я сильно не афиширую наш разговор.

Товарищ Арнольд занят девчонками и в нашу сторону даже не смотрит, поэтому я еще не буду ничего Елизавете Максимовне предлагать конкретно. Если она поделится с сыном моим предложением насчет хранения кое-каких вещей, ее неглупый сын сразу заподозрит что-то неладное. Очень быстро поймет, что так просто школьники каждую неделю в Таллин из Питера не катаются. Чтобы еще иметь время свободное и лишние деньги помогать старушке.

Наверняка, как советский человек и научный работник — к спекулянтам относится без особой любви. Поэтому сразу запретит маме получать мою помощь, да еще предоставлять свою квартиру для хранения всего спекулянтского товара.

Поэтому мне сейчас главное, чтобы старушка меня узнала сначала через неделю, уже потом я ее смогу уговорить мне помочь. Арнольд в данной схеме явно лишний элемент, только ненужное сопротивление в моей микросхеме усилит, поэтому ему пока знать вообще ничего не нужно.

«А когда приедет на Восьмое Марта, уже будет просто поставлен перед фактом, что мы с его мамой лучшие друзья, а я ей очень помогаю по жизни. Замещаю его самого, раз он такой черствый сын и ему всегда некогда», — говорю себе.

Ей самой ничего абсолютно не грозит за то, что у нее какой-то подросток оставляет честно купленные в магазинах продукты и вещи. Причем, вместе с имеющимися чеками оставляет, их-то постепенно наберется вскоре очень много, на весь шоколад и жвачку.

А мне крутейшее стратегическое положение конспиративной квартиры около вокзала поможет работать с новой энергией и прибылью.

«Ну, в любом случае без особых проблем с закупками и хранением товара», — определенно понимаю я.

Тем более даже если меня где-то прихватят, никто место моего основного базирования не узнает. И не сможет что-то конфисковать, как бы им не хотелось. Сам-то я хрен кому, что честно расскажу, меня на любые угрозы не проведешь.