— Так еще в марте было всего пять комсомольцев в ячейке! А теперь уже одиннадцать человек! — напоминаю я ему.

Ирка с Людмилкой на попятную не пошли, принесли свои комсомольские удостоверения и вручили мне, как обещали.

— Вовчика мы тоже к тебе приведем, — улыбается Ира, — такой он еще теленок. Не то, что ты у нас! Мужик! Аж завидно Светке бесплатно такого делового парня отдавать! Должна нам проставиться, что настоящего красавца-спекуля в нашем коллективе вырастили!

И они весело смеются, похоже, хорошо почувствовали еще молодое сознание парня, теперь все время держат его в ежовых рукавицах.

На такой мой аргумент второй секретарь отвечает, что подобного количества мало, что нужно набрать тридцать человек в ячейку от настолько солидного по численности торга.

«Ага, а первый секретарь райкома потом скажет уже про пятьдесят комсомольцев? Дружно сядут и ножки свесят? У них для такого процесса никакой сладкой морковки точно нет, чтобы меня заинтересовать рвать задницу на британский флаг!» — где-то очень глубоко снисходительно слушаю я его слова

Я-то их не из пальца высасываю, этих самых комсомольцев, ведь лично плачу за каждого набранного мной из своих собственных денежных средств.

«Да пошли они просто на хрен! — так я решаю про себя. — Буду соглашаться, кивать головой, а набирать буду по своему плану. Пусть мне там выговоры и прочие взыскания налагают, только смешат подобным детским пришпориванием мое взрослое сознание».

Не нравится моя работа? Так я себе другое, совсем не пыльное дело найду в большом городе! Разных возможностей много у предприимчивого парня с солидными деньгами и неплохо налаженным бизнесом!

Света вернулась из Нерехты снова страшно довольная. Как я понял, там за ее руку и сердце началось сплошное смертоубийство среди самых авторитетных и драчливых парней города. И даже отдала мне деньги за одну куртку, а за билеты не стала. Ее родители решили так сильно к будущему жениху в карман не залезать, чтобы не спугнуть заранее настолько хорошего парня, как Светик про меня рассказывает.

Ну, и отлично, еще два раза спокойно скатался в Таллин, много не набираю и веду себя осторожно. Арнольд маме ничего против моих визитов не сказал, наоборот, очень порадовался, что кто-то ее навещает и свежую еду приносит. То есть сама его мама так радовалась, что я к ней теперь часто приезжаю и здорово помогаю по жизни.

Торговля идет успешно, вещи раскупают на раз-два, кучи шоколада в холодильнике тоже уменьшаются, хотя и не так быстро. Светик ночует у меня уже по пять ночей в неделю, совсем променяв родную общагу на почти отдельное жилье рядом со своей родной теперь фазанкой.