— Которые реагируют на магических тварей? — уточнил я.
— Именно. Если вервольф появится возле дома, его обнаружат с большой вероятностью. А дальше остается нашпиговать его серебром.
— У вас есть такие боеприпасы?
— Да, удалось раздобыть, — с довольным видом откликнулся Грэйс, допивая бренди. — У парней будут дробовики с патронами двенадцатого калибра, начиненными серебряной дробью. Как думаете, Колояр, ей хватит нескольких порций?
— Вполне, — согласился я и перевел дух. Пусть парни считают, что серебро остановит модификанта. Не остановит. Дробь с серебром только шкуру попортит и не нанесет фатальные раны. Регенерация оборотня, каким является Лора, происходит с бешеной скоростью. С рыжей справится мой кинжал или сдвоенный выстрел из карабина. Расслабились ребята в Лондоне, даже не знают, что серебро — прошлый век. Магия вкупе с крупным калибром — вот залог победы человека над тварью.
— Что ж, мне пора, — я тоже опустошил стакан. — Ждите меня к полуночи.
— Я дам указание охране, чтобы вас сразу пропустили, — Грэйс протянул мне руку для пожатия. — А оборотень не заявится раньше?
— Не думаю. Если он и захочет навестить свою жертву, то нападет глубокой ночью. Времени у нас достаточно.
Матвей еще долго приходил в себя после ночного купания в холодной озерной воде. Как ему удалось выбраться на берег, да еще вытащить Степана, который несколько раз отключался и тяжелым балластом едва не утянул друга на дно, он до сих пор не мог понять.
Хуже всего пришлось, когда добирались до стоянки, где их ждал ставший родным «Вентури». Матвей не хотел попадать на глаза полиции, иначе пришлось бы давать показания, какого черта двое иностранцев расхаживают по набережной насквозь мокрые. Могут и в местный околоток закрыть до выяснения обстоятельств. А время катастрофически уходило. Вместе с яхтой исчезли и девушки. Что могло с ними произойти — Матвей даже думать не хотел.
Им повезло, что набережная уже обезлюдела, но Матвей предпочел идти по галечному берегу, изображая пьяных гуляк. Да, неудобно с обессиленным товарищем, повисшем на его плече — но зато поспокойнее. Периодически подныривая под бетонные настилы пирсов, он сумел дойти до автостоянки и с облегчением выдохнул. Ключ от двери у него был в кармане штанов, и, к счастью, не вылетел в воду во время купания. Первым делом устроил Степана на заднее сиденье, и дрожа от лютого холода, с трудом уселся за руль — задубевшая на ветру одежда сковывала движения. Захлопнул дверь и включил печку.
— Ты как? — постукивая зубами, спросил он Степана.
— Нра… нормально, — откликнулся товарищ, выщелкивая мелодию не хуже приятеля. — Там… в бардачке…