— Как скажешь, уважаемый Первый Секретарь! Хочешь, вообще брошу?

— Подожди, Петрос, я потом тебе газету дам. Прочитаешь — может, и вправду захочешь бросить. А ещё я по руке гадать умею. Дай левую, — оп-па, а ведь человек какой-то борьбой занимается. Карате?

— Что скажешь, уважаемый?

— Умрёшь от рака лёгких, если не бросишь курить. А ещё тебе нужно меньше мяса есть, больше свёклы, — это ведь каждому посоветовать можно.

— Ох, — дальше текст на смеси русского непечатного с армянским, похоже, тоже не литературным.

— Ну, будущее не предопределено. Бросишь курить, больше будешь есть овощей, и проживёшь до ста лет, — попытался успокоить товарища Пётр.

— Спасибо, уважаемый, я послушаю тебя. Только ведь мы про дело не договорили. Разреши моим родственникам и друзьям исполнять у себя в ресторанах твои песни.

— Знаешь, Петрос, почему я запретил? — задумался Пётр.

— Нет! Хорошие песни, вся страна слушает, почему нельзя исполнять?

— Есть песни, которые должны исполнять певцы с определённым голосом. А если их будут петь другими голосами, то получится плохо. И люди послушав, будут думать, что песня плохая. Зачем мне это?

— Ты великий поэт, Пётр Миронович, но плохой знаток людей. Люди всё равно будут твои песни петь. Это не остановить запретом. Только вот, разрешив моим родственникам и моим друзьям, ты можешь заработать деньги и тоже стать другом, а не разрешив, ничего не приобретёшь, — как-то устало, как маленькому непонятливому ребёнку, пояснил старший Мкртчян.

— Хорошо, Петрос. Я завтра в ВУОАПе разрешу исполнять песни с концерта на 8 марта. И что я с этого буду иметь? — у Петра уже созрел план. Деньги ему не нужны, а вот кое-какие продукты…

— Две тысячи рублей тебя, Пётр Миронович, устроят? — ну, вот сейчас начнётся торговля.

— Мне деньги не нужны. Давай округлим сумму до двух тысяч четырёхсот рублей. По двести рублей в месяц. Один раз в неделю будете завозить продукты на двадцать пять рублей вот по этому адресу — это сто, — Пётр достал блокнот и записал адрес Люши. — Возможно такое?

— Напиши список продуктов. Нет проблем.

— Хорошо. На остальные сто рублей будете отправлять посылки вот по этому адресу. Тоже с продуктами, только с теми, что не портятся. Чай хороший, грецкие орехи, пряности, фасоль, — Пётр написал на втором листке адрес Петра Оберина. Зачем самому светиться? Никуда КГБ с ОБХСС не делись. Ему вон комиссии по собачатине хватило.

— Договорились. А нет ли новых песен? — внимательно прочитал оба адреса директор рынка.

— Могу разрешить петь новые песни, которые ещё не вышли по телевизору и радио. Три штуки. Они скоро появятся в кино, будут самыми популярными в стране.