— Целитель-универсал, значит? — спросил герцог, уставившись теперь мне в глаза внимательным взглядом, словно разглядывая сосудистый рисунок сетчатки или особенности строения того, что находится за ней. — Такие люди нам нужны.
— Такие люди всем нужны и их всегда не хватает, — снова усмехнулся Герасимов. — Но сейчас он мой и я его вам не отдам.
— Это мы ещё посмотрим, — сказал герцог уже намного тише, больше сам себе, и снова перевёл взгляд на пленного. — Этого мы у вас забираем, будем с ним беседовать по душам. А если у него от беседы будут ноги зябнуть, наденем испанский сапог.
Герасимов резко обернулся к герцогу, вытаращив на него глаза.
— Да шучу, конечно, — недобро рассмеялся Лейхтенбергский. — Физически ему больно не будет.
Солдаты подхватили носилки с пленённым нами магом настолько шустро, что Стас едва успел стащить с него свой маскировочный плащ. Сопровождающему магу я предложил взять с собой наркозный эликсир, но он отказался, сославшись на то, что у них есть другие меры нейтрализации для особо буйных пленников, которым он доверяет больше. Пришлось поверить на слово, да и не наша это теперь зона ответственности.
Я почему-то для себя изначально решил, что Лейхтенбергский пригласит нас проехать с ним и поучаствовать в допросе, но такого варианта он не предусматривал.
— Я тогда скажу, если будут какие-то новости, — сказал он снисходительно, когда мы с Герасимовым встали у него на пути. — Буду держать вас в курсе. Можем до города сейчас вас подвезти, если хотите.
— Да нет, спасибо, — безэмоционально ответил Анатолий Фёдорович. — Мы уж как-нибудь сами дойдём, тут до госпиталя недалеко.
— Ваши маги точно с ним справятся? — решил я уточнить, пропуская герцога к автобусу. — Я предлагал свой эликсир, они отказались.
— Молодой человек, вы же помните тот кристалл, что мы с вами выдрали из внутренностей огромного червя? — спросил профессор, едва заметно улыбаясь.
— Как не помнить, — ухмыльнулся я. — Снится в страшных снах.
— Мы его тщательно изучили и смогли синтезировать аналоги, пусть и хуже качеством, но постепенно улучшим. Теперь в нашем распоряжении есть высокоэффективные подавляющие магию наручники, кандалы и подобие диадемы для таких, как этот, — пояснил Лейхтенбергский. — Так что можете быть спокойны, он от нас не уйдёт.
— Хорошо, — кивнул я и проводил его взглядом.
Дверь автобуса закрылась. Рискуя завалиться в какую-нибудь рытвину, водитель начал разворачиваться и не торопясь покатил назад. А мы стояли и смотрели на клубы пыли, поднятые им. Сделано большое дело, казавшееся сначала невозможным, но на душе остался неприятный осадок. Хотя вроде и не с чего, мы ведь передали его в надёжные руки, наша миссия закончена.