Ну и последний артефакт обошёлся дорого, но думаю, и он найдёт своего хозяина. Это был ошейник, рабский ошейник. Его следовало нацепить жертве на шею, если она есть, либо на другую часть тела, которую жалко отрезать. Затем напитывать маной до тех пор, пока узор на внешней стороне ошейника не засияет целиком. Последнее, это капнуть немного крови на специальную пластинку, так будет произведена привязка к владельцу нового раба.
Насколько понял суть работы ошейника, он за некоторое время настраивается на свою жертву, сливаясь с ней в магическом плане. Далее всё работает, как клятва, только условно выражаясь, принесённая без согласия жертвы. Жертва будет сильно страдать при непослушании, боль с каждой секундой будет нарастать до бесконечности, пока не убьёт носителя. Я могу как назначать наказание, так и остановить в любой момент. Главное, чтобы жертва меня слышала и понимала, что я говорю. Хм, интересно, а если раб будет глухонемой?
Гоблины вели себя тихо и скромно, в конфликты не вступали, на провокации не реагировали. Тут присутствовала и городская стража, следя за тем, чтобы всё было тихо и спокойно.
Купив всё, что понравилось, отправился назад, а ближе к ночи получил новости, что гоблины покинули город, продав практически всё, что привезли.
Ну ладно, раз так, то пусть уходят, хоть и хотелось бы их всех перебить. Ведь именно эти уродцы чаще всего попадают в мир людей, как-то находя первыми порталы между мирами.
Они больше всех остальных грабят и убивают людей. Очень хочется найти их племена и перебить всех, оставив немногих, чтобы надеть рабские ошейники и находить новые порталы и закрывать их.
Демонов по-хорошему тоже перебить всех надо, но эти, городские, в большинстве своём обычные работяги, которые всю жизнь проводят в стенах города.
Ладно, стану главдемоном и запрещу походы в другие миры под страхом смерти. Попутно устрою монополию на товары их моего мира.
Уже перед сном попробовал на себе и ножи, и порошки. Ножи, раскалённые по ощущениям, хотя никаких ожогов не оставляют. Порошки сперва втирал в кожу, не дождавшись реакции, попробовал на небольшой ранке. Лишь потом совсем чуть-чуть попробовал на язык. Ничего толком, кроме вкуса, не ощутив, отправился спать. Попробую продать их людям подороже, когда вернусь.
— Вот этот тебе Рыр, этот тебе Раф, а вот эти раздайте нашим гвардейцам, — протянул им кожаные шнурки, на которых висели классические пентаграммы с головой козла в центре. Их мне изготовили уже давно, только забрать смог по пути в свой замок в одном из городов.