— Без разницы, — напиваться я всё равно не собирался. Чёрт его знает, какого здесь качества этот пенный напиток. Так, смочу слегка горло для вида. А то, не дай бог, траванусь ещё.

Но нет, пиво, вскоре принесённое официанткой, оказалось вполне приличным и даже весьма недурным на вкус. Так что, пока не пришёл вызванный кем-то из дружков Жмых, я, молча потягивая приятно горьковатый напиток, осушил добрую половину кружки.

— Пойдём, — без всяких предисловий скомандовал этот кадр, едва приблизившись ко мне. — Покажу тебе кое-что.

Отставив кружку в сторону и поблагодарив за угощение «Портоса», я отправился за ушастым командиром. Никто больше не острил и не прикалывался, когда я шёл мимо занявшихся своими делами посетителей куда-то вглубь помещения. Видимо, этот Жмых имел тут немалый авторитет. Я и сам почему-то топал за ним, пусть и не абсолютно спокойно, но с некоторой уверенностью, что ничего серьёзного мне не угрожает. Чуйка ли это работала, или пиво, употреблённое на голодный желудок, мне было безразлично. Вот не нервничал, и всё тут.

Захватив с собой зажжённую керосиновую лампу, Жмых повёл меня по узкому коридору к деревянной лестнице, что спускалась в глубокий подвал, пахнущий сыростью и какой-то тухлой кислятиной.

— Нам туда, — кинул он мне через плечо и затопал вниз по противно скрипящим ступеням.

Спустившись, отпер тяжёлую дверь и махнул мне рукой, призывая следовать за ним.

Темно, сыро и холодно. Судя по всему, это был ледник для хранения припасов. Только вместо продуктов на длинной полке, к которой подвёл меня гоблин, неожиданно обнаружился чей-то труп, накрытый с головой тёмно-серым грубым полотнищем и обложенный с боков кусками чуть подтаявшего льда.

— Вот, дознатчик, хотел показать тебе. Поговори с ним. Убедись, что это не мы его прикончили, — Жмых откинул с лица покойника край полотна и в слегка дрожащем свете лампы я разглядел несколько изменённые смертью, но всё же вполне узнаваемые черты. — И вот ещё мешок забери. Не наших рук это дело.

— Твою же мать! — расстроенно выдавил я из себя, понимая, что вот теперь-то уже точно оказался в самой глубокой заднице. Даже не глянул на протянутый Жмыхом довольно тяжёлый мешок с чем-то звонко побрякивающим внутри. Просто отставил пока в сторонку.

Все мои надежды поскорее распутать дело о гибели князя и барона шли прахом. Большинство моих «гениальных» догадок можно было сливать в утиль. Планам на выведывание тайн у волостного комиссара теперь никогда не суждено было сбыться. Максимум, что я смогу узнать, пообщавшись с ним, так это лишь, кто засандалил Броневу один дротик в сердце, а второй — точнёхонько в правый глаз.