Он что-то говорил еще, прерывался, смеялся, а у меня в ушах только: бу-бу-бу…бу-бу-бу… бу-бу-бу…

Сосредоточиться…

А мысли тяжелые, тяжелые, будто мельничные жернова, проворачиваются медленно-медленно, и ничего не могут перемолоть, ни одного зерна мысли! Их нет. Пустота, вакуум, чернота из которой выползают или возникают иногда яркие-яркие, вплоть до запахов образы, не соотносящиеся ни с чем.

Уличный фонарь, качающийся в темноте от морозных порывов ветра, мечущиеся на снегу длинные-длинные тени. Или вот, чьи-то глаза. Черные-черные, миндалевидные и какие-то родные. Ярко-красные немного припухшие женские губы.

Анна?

Заслоняет собой все разноцветное трехмерное переплетение линий геометрических фигур, радужные пятна превращаются в алые сгустки. Багряный закат сменяется бледным рассветом.

Удивительное состояние.

Двадцать два… двадцать один… двадцать.

В этот момент, будто вынырнул из запредельной глубины, сознание немного прояснилось.

— … поэтому, гнида, не тебе мне рассказывать! И я тебя понял, распалить хочешь, легкую смерть получить? В сердцах, думаешь, грохнет… Не выйдет, — тот мерзко рассмеялся, схватил меня за подбородок, приподнял, смотря в глаза, — Я профессионал!

Поменял положение пальцев. Действовали, действовали старые стереотипы. Выяснили, что связанные руки не позволяют воспользоваться слотами быстрого доступа, враг раздавлен, повержен, сломлен и обескровлен. Порвать путы не в силах, тем более нуб нулевой, а дальше весь в их власти.

Хотя меня бы насторожили три красные трубки на ASK.

Когти сработали, как нужно, впившись и изорвав мне запястья и подушечки больших пальцев, я же дурея от боли, легко перерезал шнур, повернув кисти, настолько, насколько это возможно.

И тут же активировал все усиления, схватил одной рукой за горло опешившего ублюдка, а второй перехватил артефакт в руке, который он, видимо, решил мне еще раз продемонстрировать.

— Деды воевали, и мы повоюем! — выдохнул ему в лицо, вырывая кадык.

Меня окатило кровью, вкус соленый обычный, а тело Дока не верило, что уже мертво, только через несколько долгих-долгих секунд легионер завалился. В глазах изумление.

Я же, едва не заорав от этих усилий, достал из инвентаря кибердоктора, с трудом заведя за спину руку, отчего слезы побежали из глаз. Укол и… полегчало через несколько секунд, сначала ушла и растворилась боль, затем и красная пелена перед глазами спала.

Вот и пол перестал качаться.

«Картридж пуст!»

Извлек из пространственного хранилища цилиндр размерами с карандаш: « Боевой стимулятор „Последний шанс“ — отключает болевые рецепторы, усиление всех параметров на 230%, очищает сознание; время действия — 30 мин. Внимание, после использования происходит откат всех характеристик и умений на 300% в течение трех часов; повышенная чувствительность к боли — 224%»