— Ладно, все в конце концов заканчивается — вот кончаются и мои блуждания в пространстве. Но не таким я себе представлял наш последний совместный рейс.

Джон понял: напарник имеет в виду не только неприятное происшествие в трущобном квартале, и промолчал, решив не поддерживать разговор, то и дело грозивший соскользнуть на опасные темы. Должно быть, так прокладывала себе путь наружу потаенная тревога, сопровождавшая обоих пилотов с момента посадки в порту Песочных Далей. И если сначала Рессел еще готов был списать ее на жару и переутомление, то сейчас он был убежден: все, абсолютно все пошло наперекосяк, и нельзя было сказать, что виноват в этом исключительно Линден, который вознамерился покинуть грузовой флот, или несчастный мальчишка с лохмотьями рваной кожи на костлявом плече, или сам он со своей раздражительностью и некстати заболевшим коленом.

Когда случалась авария или катастрофа, в составленном комиссией акте обычно встречалась формулировка «по совокупности причин»: это означало, что к нежелательному исходу привел целый ряд событий, причем вероятность наступления каждого из них в отдельности была довольно невелика. Джон мысленно составил список причин, создававших тревожную атмосферу в кабине «Громобоя», и подумал, что двум усталым и взвинченным пилотам — один из них, к слову, прямо за пультом устроил себе передозировку анальгетика, — хватит и мелочи, чтобы окончательно выйти из колеи. Очередным волевым усилием он заставил измученный организм взбодриться и для верности ущипнул себя за руку.

Подавленный тишиной Линден завозился с бортовым приемником. На одной из путевых частот передавали выступление известного академика, на другой звучал отрывок из новой оперы, на третьей шелестели помехи. Линден, одинаково равнодушный и к академическому пению, и к академической науке, поймал «Бродяжью волну», и в кабине зазвучала старинная застольная песня, длинная, как расстояние от Песочных Далей до базы приписки «Громобоя», выраженное в абсолютных единицах. От протяжного переливчатого напева Джону сделалось совсем нехорошо. Он машинально готовился ко второму переходу и думал о том, сколько неразрешимых проблем поставил перед ним обычный трудовой день.

— Все и вправду заканчивается, старик, — повторил Линден после благополучного прохождения через шлюз. — Жаль, иногда оно заканчивается слишком быстро. Я тут вспомнил, что внизу меня ждет изрядная суматоха, и стало мне как-то не по себе.

— Это все потому, что ты надумал отметить свой уход со службы, да еще и жениться, — убежденно сказал Рессел. — А надумал — расхлебывай.