— Да, Ярик, она страшная! — вторила ей Диана-Водная, вцепившись мне в локоть.

— Я тебе больше скажу, Яр, выкинь её на мороз немедленно! — Анжелика с ненавистью сверлила Медведеву взглядом. — Эта сука на прошлом приеме у папеньки прямо за столом живую мантикору ножом вскрыла, потому что ей было любопытно узнать, что у неё внутри! Она нас по пробиркам разложит или ещё чего похуже!

Валерия, сверкая глазами, уже попыталась обогнуть меня, чтобы дотянуться до живота Водяры.

Я тяжело вздохнул. Рука метнулась вперед. Я без долгих раздумий сгреб Валерию за воротник и приподнял над полом. Она смешно сучила в воздухе тонкими ножками, но из руки не выпустила свою чертову светящуюся палочку.

Я приблизил её лицо к своему лицу, заглянув в эти безумные, опьяненные наукой глаза.

— Эй. Остынь, ученица безумного ученого, — рокочуще произнес я. — Грабли свои в карманы спрячь. Ты пока в Стае на птичьих правах. Никаких уколов, проб и фокусов без моей прямой, мать твою, воли. Ты к моим девочкам и на шаг не подойдешь, пока я не разрешу. Это ясно?

Валерия тяжело, с присвистом дышала, глядя на меня снизу вверх. Злость? Оскорбленная гордость? Да плевать она на нее хотела. Она жаждала доступа к образцам.

Я разжал пальцы. Валерия ловко, как кошка, приземлилась на босые ноги. Поправила помятый воротник.

— Ярослав, ты не понимаешь, — совершенно серьезно, строго выговорила она. — Дай мне волю, я выращу тебя таких волчат, о которых ты и во сне не мечтал! Я прошу лишь разрешения на исследования!

— Не лезь поперек бати, — отрезал я, скрестив руки на груди. — Хочешь приносить пользу Стае и доказать, что руки у тебя растут из нужного места? Марш на хозяйственные работы. Вон, бери ножик и иди морковь для супа чисти, умник в юбке. И чтоб руками! Без магии.

Я ожидал, что она презрительно скривится. Наследница Клана Медведевых и морковка — понятия из разных вселенных.

Но Паучиха даже глазом не моргнула. Безумный огонь в её взгляде никуда не делся, он просто переключился на новую задачу.

Она одернула шелк юбки, гордо вскинула подбородок и уверенно подошла к кухонному столу.

— Морковь? Отлично. Я почищу её тебе так, Ярослав, что ты разрыдаешься от её безупречного вида, — ледяным, строгим голосом пообещала Валерия, перехватывая кухонный нож. — Я срежу верхнюю кожицу с величайшей точностью. Ни одна крупица не пропадет зря. Я выведу тебе такую ровную форму, какая тебе и не снилась.

Сказав это, она с безумным блеском в глазах принялась чистить оранжевую морковь с такой беспощадной точностью, словно вскрывала опасную тварь.