Ратмир Златогоров, криво усмехаясь, поднял руку с пультом-детонатором.

— Всё, Аркадий. Пора кончать эту игру, — высокомерно процедил Златогоров, не сводя глаз с экрана, где Ярослав Волков только что нагло развалился в кресле перед марионеткой Графа. — Охрана отвлечена, щиты перегружены. Одно нажатие, и наш дорогой «Альфа» превратится в историю вместе со всей этой чертовой базой.

— Ратмир! Еще рано! — Аркадий Арсеньев в тревоге подался вперед, придерживая Златогорова здоровой рукой. — Если взорвем сейчас, Разлом схлопнется неравномерно! Давай лучше…

— Твоя трусость, Аркаша, начинает утомлять, — раздраженно поморщился Златогоров, отпихивая руку сообщника. — Твои трясущиеся пальцы всё равно не нажмут на кнопку, так что я сделаю это сам. Плевать на Разлом, пора забирать город.

Златогоров решительно опустил палец к светящейся руне активации.

Но нажать её он не успел.

В тот же миг воздух в тесном фургоне налился ослепительным золотым свечением. Аркадий Арсеньев, чьё лицо мгновенно утратило мягкость и робость, сделал глубокий вдох и резко выпрямился.

Он пробудил родовой тотем, Призрачного Золотого Богомола.

Из спины Арсеньева со свистом вырвались потоки энергии. Они сплелись в полупрозрачный образ жуткого инсектоида, который, казалось, заполнил собой всё пространство под потолком фургона. Золотой Богомол молниеносно взмахнул острыми серпами.

Ш-Ш-Ш-Х!

Два серпа пронзили запястья Златогорова, прогвоздив их к подлокотникам. Огромная клешня, острая, легла прямо на кадык, слегка вдавив кожу.

Ратмир замер. На его лбу мгновенно выступили крупные капли холодного пота. Он не мог шевельнуться, духовное давление тотема сковало все тело, а у самого горла с угрожающим гудением дрожала клешня, готовая перерезать артерию при малейшем вздохе.

Как боец Златогоров был… весьма слаб.

— Богомолы — удивительные твари, Ратмир, — вкрадчиво произнес Арсеньев, глядя на побелевшего сообщника сверху вниз. — Даже самая трусливая самка знает, когда нужно откусить голову напыщенному самцу. И мой тотем как раз такая самка.

— Аркадий… ты с ума сошел? — едва шевеля губами, прохрипел Златогоров. — Ты хоть понимаешь, на кого поднял свой тотем⁈ Мой Клан…

— Твой Клан сейчас далеко, Ратмир, — отрезал Арсеньев.

За их спинами уже началась заварушка. Гвардейцы Арсеньева ринулись в бой без малейшего промедления.

БАМ! ХРЯСЬ!

Короткий удар прикладом в челюсть ближайшему наемнику Златогорова… хруст костей в вывернутой руке… стук выбитого из рук парализатора…

Двое операторов, сидевших у пультов слежения, даже не успели развернуться, как их головы жестко впечатали в клавиатуру, а на запястьях со свистом затянули наручники.