— Какой такой ресторан? — воинственно выглядывает из-за моего плеча Наталья.

— Упс… — произносит Дима и тормозит на ступеньках. — Я попозже зайду!

Дает деру, а Наталья за ним.

— Нет, подожди, Димочка! Какой такой ресторан, я хотела бы знать? Ты ее по ресторанам водишь?

Смотрю им вслед, как она бежит за ним, а Дима отмахивается от нее букетом алых роз. Теперь всю жизнь буду ненавидеть розы такого цвета.

— Та-а-акс… слышу за спиной голос Казарина и тяжко вздыхаю.

Ну за что мне всё это? Почему я не могу спокойно развестись и работать?

— Я хочу уволиться, — поворачиваюсь к директору гимназии, сложив руки на груди. Сверлю его грозным взглядом.

— А что это? — вполне себе мирно спрашивает Казарин.

— Мне сейчас не до работы, Богдан Владимирович, — честно признаюсь ему.

— Невозможно, у нас праздники на носу, — тут же отвечает Казарин. — Мне самому что ли все эти танцы танцевать и песни петь?

— Тогда после них, когда закончатся праздники, — вздыхаю обреченно.

— А там Новый год на подходе: елка, Дед Мороз… Хотя… Понял, ну ладно, — вполне себе спокойно заявляет Казарин и отворачивается, чтобы уйти.

— В смысле ладно? — закипаю я злостью. — Значит, на праздники я нужна, а после нет?

— Ты чего хочешь от меня, Васильева? — снова разворачивается ко мне директор. — Ты у меня уже вот где сидишь!

Проводит ребром руки по своему горлу.

— Везде только ты! Даже в моем СПА-центре умудрилась

оказаться!

— В вашем? — удивляюсь я. — Название так себе.

— Будешь еще мне тут советы давать, — фыркает Казарин. — А вообще-то да, название хрень.

Он засовывает руки в карманы брюк и смотрит на меня как-то внимательно.

— А как бы ты назвала?

— Ну уж точно не «Волшебная сказка тьмы и пара», — в его манере фыркаю я. — Во-первых, длинное, во-вторых, ни о чем!

— Ясно, — произносит Казарин и молчит. Только буравит меня нечитаемым взглядом.

— Я свободна? — киваю на двери гимназии.

— Не совсем, а кто это была? — вспоминает о Наталье Казарин. — Я так и не понял.

— Я и сама уже ничего не понимаю, Богдан Владимирович, — тоскливо произношу я.

— Значит, это не чья-то озабоченная мамаша? А то я было уже подумал, что ты чужого мужа увела. Хотя ты можешь, я думаю. До ручки любого мужика довести.

— Только не вас, — морщусь, словно проглотила кислый лимон.

— Меня?! Да у меня иммунитет ко всему этому, даже пытаться не стоит.

— А вы и не пытайтесь, — усмехаюсь криво.

— Ни за что, — подтверждает свои слова Казарин.

— Вот и договорились, значит, я могу идти? Смотрим друг на друга, словно первый раз увиделись.

— Ладно, Васильева, поехали, — наконец прерывает молчание Казарин и вынимает из кармана своего пиджака ключи с брелком от машины.