— Не волнуйся, милая, — ответила ей Валесса. — Для нас такое не впервой. Но тут его оставлять нельзя. Ченэр, у тебя есть игла?
— Да, — тот быстро пошарил рукой по карманам, после чего извлёк из одного из них металлическую иглу и протянул её девушке.
— Не серебряная?
— Я что, дурак? — ответил тот вопросом на вопрос.
Усмехнувшись, Валесса аккуратно погрузила иглу в затылок Максима, отчего его на пару мгновений скрутило, а затем он обмяк.
— Ох… он…
— Да все с ним в порядке, — поморщилась Валесса, отпуская парня. Её друг поступил так же. — Чтобы убить вампира нужно что-то более серьезное. А так он будет без сознания до тех пор, пока мы не вытащим иглу. Ченэр, достал?
— Да, — кивнул мужчина, показав небольшой мешочек.
— Отлично, работа выполнена, — ухмыльнулась вампирша.
— Что с девчонкой будем делать? — сменил тему Ченэр. — Свидетелей оставлять нельзя.
— С собой заберем, — пожала она плечами. — Не думаю, что Максимилианчик будет в восторге, когда придет в себя, что мы её тут оставили.
— Сама будешь с ней возиться. Быть нянькой для смертной мне не поручали, — сразу предупредил мужчина, закидывая Максима на плечо. — Надо уходить, до рассвета осталось совсем немного.
— Ра-а-аргх! — прорычал я, снова пытаясь вырваться из оков. В этот раз меня приковали очень хорошо, по рукам и ногам, и что хуже всего — ошейник. В довершение всего мне заблокировали доступ к магии, а вместе с ним и к способностям, дарованным книгой Библиотекаря.
Осознав, что выбраться не получится, я решил призвать громовое копье и разнести к чертям собачьим эту темницу, но не вышло. Копье просто-напросто не появилась, а сама татуировка была серой.
Камера, в которой я сидел, была не очень просторной, но было в ней нечто странное — чересчур высокий потолок. Но причины такой необычной конструкции мне были не ясны.
— Выпустите меня! — в который раз закричал я, надеясь, что кто-нибудь появится. Но нет. Ко мне никто не приходил, оставалось лишь гадать, где именно я оказался. Последнее что помнил — драка с Валессой. Она помешала мне насладиться заслуженным трофеем!
И лишь от одной этой мысли внутри меня разгоралась такая ярость, что я был готов вцепиться в горло этой бабе!
Пока я размышлял над тем, как выбраться, в камере произошли перемены, которые мне очень не понравились. Сверху послышался металлический лязг, а неподалеку от моих ног появилась полоска солнечного света.
— Эй! — закричал я, когда она вдруг стала раза в три шире и значительно ближе ко мне. — Вы что творите⁈
Но никто отзываться на мои крики не спешил. Наоборот, лязг сверху усилился, и прямо на меня полился прямой солнечный свет.