— Пойдёмте, ваше величество. — Ромодановская побежала вперёд, и Ирина усмехнулась. Точно, собачка. Понимает, что знает СЛИШКОМ много. Но она пока нужна, пусть живёт…
Глава 11. Первый пошёл или про то, что понедельник не самый лучший день недели
— Кто-нибудь скажет мне, что происходит?
— Вы журналистка?
— Да.
— Ну тогда сами придумайте.
(из сериала «Доктор Кто»)
Правду говорят, понедельник — день тяжёлый.
Манала она такие понедельники! Да ещё после ночи, когда допоздна засиделась в клубе «по делам редакции». Надо же хоть иногда развеиваться, жить для себя, пусть конкретно вчера ничего ни с кем и не получилось.
Но сегодня звонок поднял Радомилу с постели в шесть утра, в начале седьмого. При том, что легла часа в четыре.
— Кого черти носят в такую рань? — пробормотала она, беря трубку — свои переживут её лепет, а на чужих плевать.
— Рота подъём! Работать, негры, солнце высоко!
Голос мужской, и… Детский. Ломающийся, с басовитыми нотками, но детский.
— Какие негры? Что за баловство? Кто это⁈ — вложила она в голос злость.
— Саша. Но по понедельникам меня зовут царевичем Александром. А как звать тебе — будем определяться по ходу.
— Какой ещё царевич Александр? — страдальчески нахмурилась она — голова гудела от недосыпа.
— Годунов. Я думал, ты в курсе моей фамилии. Ты ж вроде про меня недавно пасквиль писала, чего дурой прикидываешься?
Её пробил озноб. С одной стороны неприязнь — царевич Саша был последним человеком, с которым она хотела бы общаться. С другой стороны липкий страх — если Годуновы всё же обратили на неё внимание… Жди беды.
Но с третьей стороны, после выхода статьи прошла неделя, и за неделю ничего не произошло. Вообще ничего. В кои то веки Годуновы сработали грамотно и не сказали ни слова по поводу написанного, подливая масла интереса в огонь. Кто там у них в пресс-службе такой умный? Кто-то новенький? Она пока не в курсе их кадровых перестановок. Отсутствие комментариев и опровержений сработало во благо, шум вокруг того материала уже утихает, так и не поднявшись толком — обычно падкой на «клубничку» московской публике оказалось всё равно на детские поцелуйчики близняшек. «Играют подростки, мир познают. Гормоны. Мать и сёстры чертей вставят — образумятся» — как-то так все это восприняли. Может зря она связалась с той дохлой темой? Но уж очень верный был заказ. И финансово приятный.
— Я тебя слушаю… Саша. Или на «вы» и «царевич Александр»? — с ехидством уточнила она. — Я в шесть утра туго соображаю, а из-за мещанского происхождения этикетам не обучена.
— Не прибедняйся, Тулина, тебе не идёт, — смеялся задорный голосок пацана на той стороне трубки. — Короче, мне нужна твоя помощь.