— Алексей Дмитриевич, — Полина подняла голову, — Гурьев позвонил и сказал, что будет в десять без опозданий. А Кравцов перенёс встречу на среду. Семейные обстоятельства, говорит.
«Сначала торопил, теперь переносит. Интересно».
— Отлично. И ещё, Полин, мне нужна распечатка по всем компаниям. Сводная таблица. Суммы, даты, подписанты.
— Уже готовлю.
Я зашёл в кабинет, повесил пальто, включил ноутбук. Открыл файл с хронологической таблицей, которую составил в пятницу. Сверил с тем, что написала Вера, — для себя, не для дела. Картина сходилась.
Ровно в десять в дверь постучали. Полина открыла и произнесла:
— Алексей Дмитриевич, Гурьев.
— Пусть заходит.
Гурьев вошёл в кабинет так, как входят люди, которые не знают, чего ждать. Один, без адвоката. Он был бледнее, чем в прошлые встречи. Под глазами залегли тени, рубашка мятая, галстук завязан криво. Он сел на стул напротив моего стола и положил руки на колени. Пальцы подрагивали.
— Владимир Аркадьевич, — я начал без расшаркиваний, — сразу оговорюсь: я юрист Воронина, не следователь, и отвечать мне вы не обязаны. Пригласил я вас, потому что обнаружил четыре платежа на общую сумму семьсот тринадцать тысяч рублей, которые прошли из клиники в две компании: «МедСервис-Фарм» и «ФармЛогик». Все четыре платежа — по консультационным отчётам, которые написал Лебедев С. А. Вы, как директор клиники, подписали три из четырёх. Один — за вас подписал Кравцов. Что вы можете сказать?
Гурьев открыл рот, затем закрыл и о чём-то подумал. В полной тишине мы просидели, наверное, с минуту, не меньше! И всё-таки, он заговорил:
— Алексей Дмитриевич, я… я понимаю, как это выглядит. Но я не… я не мошенник.
— Я не спрашиваю, мошенник вы или нет. На вопрос то ответите?
— Лебедев… — Гурьев облизал губы. — Лебедев — это человек Кравцова.
Он замолк.
— Ну и⁈
— Кравцов его привёл и сказал, что нам нужен экономист для анализа тарифной сетки. Я не возражал, потому что… потому что Кравцов был учредителем и всем заправлял. Я тогда ещё не был директором клиники.
— То есть Лебедев появился до вас?
— Да. Кравцов привёл его ещё весной. Лебедев делал анализ, составлял таблицы, предлагал варианты оптимизации. Всё выглядело… профессионально. Таблицы с формулами, ссылки на нормативы, обоснования. Я думал — серьёзный специалист.
— А когда вы стали директором?
— Кравцов провёл собрание, назначил меня. Сказал — теперь ты будешь подписывать документы. Лебедев продолжал работать. Кравцов передал мне его отчёты и сказал: «Вот, посмотри, согласуй, подпишешь платёжку».
«Неужели он настолько глупый? — подумал я. — Как можно подписывать и не знать, что подписываешь?»