– Можешь перевести всю сумму на мой счет! Я буду выдавать тебе понемногу, – щедро предложил папенька.
Всю сумму – это он облезет. Но чуток поделюсь.
Я собиралась придерживаться нехитрого правила, сформулированного одним из моих защитников.
Кто девушку кормит, тот ее и гуляет.
Старый вояка выражался далеко не так деликатно, но в данной ситуации, поскольку я не мужчина, его вариантнеприменим.
– Я открою свой счет, но вам тоже непременно переведу. В конце концов, я не могу сама оплатить обучение в академии, – тактично увильнула от прямого противостояния, не уточнив цифр. Пусть думает, что хочет.
– Вызову мою модистку? – полувопросительно протянула Лайса.
– Нет, лучше после банка сразу заедем в ателье фрекки Хоклинд.
– О-о-о! – выдохнула мачеха благоговейно.
Я назвала лучшую мастерскую, услугами которой не стеснялась пользоваться королевская чета. Записывались туда загодя, и, скорее всего, нас развернут на пороге, несмотря на родство с таммаватом.
Но шла я туда вовсе не за платьем.
Нет, я знала самый постыдный секрет владелицы.
И собиралась этим знанием бессовестно воспользоваться.
Отец выделил нам от щедрот экипаж, сам отправился на работу в кэбе. Подозреваю, что заботился он не о моем удобстве, а о Лайсе. Но какая разница, главное результат.
В банке нас сначала встретили настороженно. Но услышав, кто я, и увидев верительные грамоты и разрешение от йора Вальда, стремительно прониклись ко мне всяческим уважением.
Вышли мы оттуда уже через час. В сумочке покоилась кредитная книжка со множеством листочков и лимитом, от которого глаза мачехи до сих пор не впучились обратно. Они с сестрой то и дело переглядывались, молчаливо уточняя друг у друга – не померещилось ли им.
Если честно, я чувствовала себя немного неуютно.
К деньгам всегда относилась прохладно. В частности потому, что в них не нуждалась. За исключением короткого периода проживания с отцом, в остальное время меня баловали либо матушка, либо муж. А после стало уже не до роскоши. Государство щедро платило за закрытие прорех, только вот тратить заработанное было особо некуда. И когда? В перерывах между боями я успевала восстановить резерв и отоспаться. В подаренной его величеством резиденции я ночевала реже, чем в буераках.
По ступеням ателье фрекки Хоклинд я поднималась, готовая к сражению, как в старые добрые денечки.
И не ошиблась.
Хозяйка встретила нас лично, была мила и любезна, но непреклонна.
– Дорогая моя, создать платье для внучки таммавата Сомиравы – настоящая честь для меня, но увы – запись закрыта до осени! Ничего не могу поделать! – разводя руками над дымящимся чайничком и пирожными, пропела фрекки Хоклинд.