Они настолько волновались обо мне и не решались беспокоить, что, заметив, что я вернулся, обе бросились мне в объятия.
Я рассмеялся, немного смутился, отвечая на их обеспокоенные вопросы.
— Девушки, всё в порядке, — сказал им и помахал зеркалом. — Глядя в него, просто погрузился в воспоминания. Нужно было побыть одному, осмыслить.
Я чмокнул Беллу в ушко, погладил по спине Зару, а затем бодро произнёс:
— Так, хватит воспоминаний и философии. Ну-ка, давайте посмотрим, есть ли в этой куче блестящего мусора что-нибудь стоящее?
Среди металлолома и барахла нам повезло найти две серебряные монеты. Да и многие металлические предметы, что представляли хоть какую-то ценность, мы тоже загрузили в рюкзаки, хоть и не были оптимистично настроены в отношении их стоимости.
Нагрузившись добычей, мы продолжили путь к Юрину, больше не обращая внимания на часто встречающиеся скопления низкоуровневых монстров. А вот и дорога, что вела к городу. Не прошло и часа, как Зара громко крикнула:
— Смотрите, вон он, город! Мы наконец пришли!
Стражники, что стояли на страже городских ворот, оказались на редкость разговорчивыми и любознательными. Пока один, коренастый мужичок неторопливо проверял наши вещи и сумки для оценки ввозимых товаров. Второй засыпал нас вопросами. Кто мы, откуда? Как давно скитаемся по миру искателями? Где были? Что видели? Бывают ли у меня проблемы с моим питомцем и рабом? Он же рассказал правила проведения в городе и дал краткую сводку по законам.
Но какими бы они дружелюбными не были, содрать с нас въездную пошлину не забыли.
— С вас тридцать меди за товары, два серебра за раба и десять за питомца, — стражник на этих словах указал пальцем на Беллу.
— Подождите, но мне казалось, что въездная пошлина для рабов и домашних животных одинаковая. Почему двенадцать серебра? — я попытался оспорить сумму, думая, что стража просто хочет нажиться на не знающих местных законов путешественниках.
Лицо главного охранника выразило чуть ли не душевную муку. Он ласково улыбнулся Белле и извиняющимся тоном объяснил:
— В большинстве городов так и есть. Пошлина и на рабов, и на домашних животных едина. Но в нашем городе ситуация с домашними животными и Звероморфами кардинально другая.
— Увы и ах!
Многие местные дворяне хотят быть единственными, кто может позволить себе завести звероморфов в качестве домашнего питомца, а местный лорд так вообще на дух не переносит кошкодевушек. Под его давлением дворянское собрание ввело повышенный налог на питомцев и девушек-кошек в частности.
Уши Беллы поникли, лицо побелело, а хвост безвольно повис у ноги от плохо скрываемого страха.