— Двенадцать, — твёрдо сказал я.
— Да Вы… Знаете, кто Вы⁈ — продавец прямо задохнулся от злости. — Я согласился на четырнадцать. Берите за эту цену или ищите себе артефакт-переводчик в любом другом месте.
— Посмотрите на камень как следует, — спокойно сказал я.— Подумайте, как долго он пролежал в вашем сундуке. Сколько ему ещё там пылиться? А ведь я для единственная возможность получить за него деньги, и сделать это прямо сейчас.
Старик за столом молча смотрел на меня почти пятнадцать секунд и свирепо пыхтел носом. Затем его плечи опустились, и он вздохнул:
— Хорошо, пусть будет тринадцать серебряных монет, уговорил. Но делаю вам скидку лишь потому, что камень с этой трещиной действительно выглядит не очень презентабельным
Мужчина протянул ко мне две ладони. На правой лежал артефакт-переводчик, а в левую он хотел получить от меня озвученную сумму серебром. Какой хитрец, но на такой финт я точно не попадусь.
— Не возражаете, уважаемый, если я сначала проверю, работает ли кристалл. Вы не обижайтесь, но прежде чем платить за него, я должен быть уверен в его работе.
Старик торговец нахмурил брови, а его лицо превратилось в сморщенный от негодования персик. Он было хотел возмутиться, но моя просьба была разумной, и ему пришлось согласиться. Хотя он внимательно следил за каждым движением моих рук, словно хищный ястреб. Взяв в руки цепочку с камнем, я дважды обернул её вокруг шеи Зары, чтобы камень повис точно в ложбинке между её двух упругих грудей.
Продавец явно ожидал момента, когда же я попытаюсь сбежать, чтобы тут же позвать стражу, которая, реагируя на нашу с ним перебранку, уже внимательно следит за мной.
Ну уж нет, не дождётесь. Не обращая ни них внимания, я аккуратно поправил камень на груди своей подруги.
Сердце пропустило удар. Я понимал, что сейчас, после покупки камня-артефакта, всё может измениться. Что будет, когда мы сможем понимать друг друга без постоянных гримас и соревнования друг с другом на самый лучший образ и пародию. Прикоснувшись к её плечу, почувствовал, как сильно она дрожит. Пора проверить, а там будь что будет.
Я заглянул в глаза своей спутнице и тихо прошептал:
— Зара, ты понимаешь меня?
— Да! Слава предкам, первобытным духам и самой природе, да!! — всё лицо Зары вмиг озарилось радостью, и со счастливым криком она бросилась мне на шею, обняла и засмеялась. Мне так надоело хрюкать и указывать пальцем, как какому-то тупому орку, воспитанному волками.
Смутно осознавая, что торговец смотрит на нас со всё нарастающим отвращением, рассеянно отсчитал тринадцать серебряных монет и бросил их ему на прилавок, заваленный товарами, поглаживая подругу по спине.