Молодожёны спустились с платформы в сопровождении свиты. Ирен шла последней, и её чёрное платье контрастировало с яркими нарядами остальных. Перед особняком уже накрыли длинный массивный дубовый стол, способный вместить более полусотни человек. Скатерть украшала вышивка золотыми нитями, Марона постаралась, не поскупившись на убранство.

Я сел рядом с Илином по правую руку, заняв место лучшего друга, Марона устроилась по мою левую руку, и я почувствовал лёгкий аромат её духов, что-то цветочное с нотками специй. Мои невесты расселись рядом, переговариваясь и смеясь. С другой стороны рассадили детей из приюта, который теперь возглавят Илин и Амализа. Ребятишки выглядели одновременно взволнованными и смущёнными. Не каждый день сироты сидят за одним столом с баронессой и прочей знатью. Остальные места заняли друзья из Тераны.

Тем временем для остальных гостей вынесли складные стулья и лавки, хотя многие просто расположились прямо на траве, благо погода позволяла. Из усадьбы высыпали служанки и временно нанятые помощники с подносами. Запахи еды ударили в нос: жареное мясо, свежий хлеб, сладкая выпечка… Желудок предательски заурчал, напомнив, что с утра я выпил только местный аналог кофе.

Разнообразие блюд могло удовлетворить самого взыскательного гурмана. Почти полутысяча гостей, заполнивших двор, сад и подъездную дорожку, могли наесться от пуза. Да и организация впечатляла; сразу заметно, что сама Марона приложила руку к логистике.

Когда основная часть пиршества завершилась, и народ перешёл к десертам и неспешному выбору любимых лакомств, вынесли малышей. Мы хотели, чтобы и дети тоже приобщились к празднику, но те отреагировали по-разному, чего и следовало ожидать.

Анна, всегда пугавшаяся громких звуков и толпы, почти сразу начала хныкать. Она прямо вся сжалась, глазки наполнились слезами. Сафира, поняв, что девочка вот-вот разревётся в голос, извинилась и быстро унесла её в дом. Правильно сделала, нечего ребёнка мучить.

Макс и Мила оказались более стойкими. Они весело лопотали на своём детском языке, показывали пальчиками на всё интересное, смеялись. Но через полчаса и им надоело всё это веселье, глазки начали слипаться. Белла подхватила обоих умелым материнским движением и отнесла вздремнуть.

Глория унаследовала застенчивость Зары. Она всё время пряталась то на коленях у мамы, то у меня, утыкаясь лицом в плечо. Когда кто-то из гостей пытался с ней заговорить, только сильнее зарывалась в мою рубашку. В конце концов она начала капризничать от переизбытка впечатлений, и Зара унесла её в дом.