— Я намерен устранить всё, что стоит между мной и деревом, бросив на время всё остальное, включая зачистку монстров. Оставим это на потом. Заклинателям придётся беречь ману, насколько возможно, и позволить физическому урону добивать монстров. И всем нужно усерднее избегать урона. Если рана не кровоточит и не ослабляет, пусть естественная регенерация сама её залечит.

По рейду пронёсся тихий тревожный ропот. Я мрачно кивнул.

— Знаю, спешить в бою опасно. Теперь он потребует больших усилий и жертв, и я не могу приказать вам пойти это. Поэтому спрашиваю, готовы ли вы помочь мне?

— Конечно! — яростно воскликнула Лили. — Даже если придётся проходить это подземелье в вдвоём с тобой!

— Конечно, помогу, — тихо сказала Карина с решительным выражением лица. — Ты спас меня, когда моя жизнь была разрушена, и подарил новую. Если понадобится, пойду с тобой в пасть смерти.

Владис кивнул.

— Не бросаю друзей в беде, — он фыркнул, махнув рукой в сторону долины. — Кроме того, не думаю, что у нас есть шансы выжить здесь без лидера. Учитывая, что именно Артём может распознать всех монстров и спланировать сражения…

Стелария просто подошла к возлюбленному, взяла его за руку и кивнула.

Ванесса оглядела остальных.

— Любой из нас мог стать носителем этой порчи. И я не сомневаюсь, если бы так не повезло кому-то другому, сэр Артём предложил бы тот же путь. Я тоже не бросаю друзей в беде.

Харальд прочистил горло, подошёл ко мне и положил руку на плечо.

Слов не требовалось.

Над рейдом повисла напряжённая тишина. Она могла длиться и вечность, и полминуты, пока остальные участники обменивались неуверенными или виноватыми взглядами.

Потом Корвин, натягивающий пластинчатый доспех, с металлическим лязгом ударил себя кулаком в грудь, изобразив воинское приветствие.

— Если то, что ты говоришь об этой порче, правда, что она активировалась только когда ты приблизился к гигантской слизи, и монстр начал тебя избегать, совершенно очевидно, что ты столкнулся с угрозой только потому, что вытащил меня. Ты спас меня от ужасных мучений и увечий, а возможно, и от смерти. Я с тобой покуда не выберемся из этого мерзкого места.

Юлиан проворчал:

— Ты мне не очень нравишься, парень, но я здесь, чтобы убедиться, что мы все выживем и вернёмся домой. Если только ты не проявишь самоубийственное безрассудство в стремлении к исцелению, поддержу тебя.

Остались шестеро. Трое сразу же подошли, видимо, поняли, что голоса поданы, рейд продолжается, и если хотят надеяться на ещё большую добычу, нужно идти с нами.

После ещё одной долгой паузы Борис покачал головой.