«Вот это экспромт я выдал!»

Когда я закончил и замолчал, то ощутил прилив крови к лицу, в висках стучало. Площадь после нескольких секунд абсолютно глухого молчания разразилась аплодисментами и криками, даже некоторые юнкеры опять захлопали.

Оркестр секунд через сорок заиграл веселый, бравурно-пафосный приветственный марш, незнакомый мне.

На автомате взяв листок, я развернулся — сидящие на стульях люди смотрели на меня, и во взглядах было много всего разного. Премьер смотрел пристально. Сдержанно улыбнувшись ему, я пошёл в свой ряд и уже через пару минут добрался до своего стула.

Девушки встретили меня изумленными взглядами.

— Да, ты даже более интересный мальчик, чем я думала, — язвительно прокомментировала Элина, с усмешкой разглядывая меня. — Выдал так выдал — праздник однозначно удался!

— Милый, это что сейчас было? — прошипела мне в ухо Анжелика и взяла за руку. — Ты что там такое вообще нёс, а? Ты укурился обогащенной дурью или бухой совсем⁈ Ты же не пил вроде и не пьяный!

— Сказал то, что думал, — пожал я плечами.

— Блядь, это пиздец! Ты представляешь, милый, какой будет скандал, когда это покажут по телеку и напишут в газетах⁈ — Анжелика смотрела на меня со злостью, но в её взгляде было и восхищение.

— Посмотрим. Ты сама этого хотела, моя зая — я же не просил меня выталкивать на трибуну, — краем губ улыбнулся я.

Анжелика фыркнула и отвернула голову.

— А что это за песенку ты такую пел? Я такую никогда не слышала, — чуть наклонившись, с любопытством произнесла Арина.

— Это стихи, скорее. Не помню уже, чьи и откуда, — я подмигнул ей.

— Слова интересные, цепляют прямо, — в глазах Арины было задумчивое любопытство. — Никогда такого не слышала.

Тем временем на трибуну пригласили последнего выступающего — архитектора.

— Сейчас уже будут убирать брезент и официально откроют — мне уже надоело здесь сидеть, — вымолвила Анжелика, кинув тяжелый взгляд на меня.

— В чём дело, Энджи? — требовательно спросил я и взял её за руку.

— Ты понимаешь вообще, что ты учудил? Тебе надо было прочитать тезисы с листочка своими словами и помахать всем рукой, а ты начал гнать про ритуал и политику. Зачем, вот скажи?

— Затем, что я — пострадавший от всей этой херни, и привлечь внимание к этому безобразию — уже большое дело, особенно на таком уровне, — сжав губы, ответил я.

— Получилось довольно весело — мальчик явно не промах. Ему в парламент баллотироваться надо, — послышался ироничный голос Элины.

Я повернулся к ней, Анжелика тоже.

— Хоть ты не прикалывайся, — произнесла она с глухим раздражением.