— Всё думаешь о них? — Урхарер сел рядом почти бесшумно.

Излишний вес только с виду делает его неповоротливым, но на деле всё иначе, выносливостью мишка от собратьев мало отличается и уж явно превосходит человека на несколько пунктов. Мне, человеку подготовленному, с ним не сравниться. Первым, так было с начала похода, и так осталось до сих пор, устаю и почти всегда первым прошу сделать привал. Мечтаю о машине, но разве она тут поможет? Там, где ходим, быстро передвигаться можно лишь одним способом — летать. Но мы не птицы, крыльев у нас нет.

— Думаю… постоянно думаю… — ответил я и подкинул сухих веточек в костёр. — Скучаю, чего уж скрывать…

— Я понимаю тебя, человек, в этом мы похожи. Хотел бы помочь, но не могу, потому что нет лекарства от этой болезни, и зовётся она разумом. Терпи и привыкай, потому что со временем станет ещё хуже. Могу дать живой пример, если тебе это интересно.

Покосившись в сторону палатки, которую поставил для себя почти час назад и в которой уже должен спать, я кивнул и сказал:

— Давай, мне интересно. Только не затягивай, скоро спать пойду, с минуты на минуту собирался это сделать, но ты подсел.

— Не буду затягивать, пример быстрый, и имя его Угрх. Он единственный из нас, кто лишился семьи. Было это давно, если судить по вашим меркам, но в памяти Угрха свежо, словно случилось сегодня. Он страдает, всегда страдает и будет страдать до конца жизни. Радуйся, человек, у тебя другая судьба, ты ещё увидишь своих близких. Кто знает, может, совсем скоро…

— Спасибо тебе, Урхарер. — Я осторожно встал. — И доброй ночи, мне пора на боковую…

Аккуратно пройдя между спящих на пути к палатке берсерков, залез внутрь, достал телефон и попытался включить его. Знаю, что батарея села давно и все портативные зарядки тоже не фурычат, но продолжаю делать это каждый раз. В телефоне фотографии, мне нравилось рассматривать их перед сном. Посмотришь, а потом ещё долго уснуть не можешь…

Утро для меня начинается позже всех, как рано бы ни проснулся, а мишки уже на ногах и вовсю шуршат. Одни охотятся, другие собирают полезные корешки и травы, третьи тренируются, а четвёртые кашеварят. Если на миг представить вместо них людей, то может показаться, что ты находишь в идеально слаженном военном подразделении, все на своём месте, и все заняты делом. Один лишь я не у дел, что-то вроде обузы, как дитя малое.

Угрх, увидев, что выбираюсь из палатки, помахал мне лапой и сказал:

— Никита, присаживайся есть, приготовил кашу из молотого гибсариуса, тебе она должна понравиться. Высшая удача, что это дерево выросло здесь, в горах. Но и одновременно плюс, горный гибсариус намного душистее и полезнее равнинного.