В дополнение к огневой мощи, вокруг эскадры установлены и пристреляны пусковые ракетные установки, как одноразовые пеналы, способные, как и минные объемы, до момента пуска ракет оставаться невидимыми для врага.

Так что крейсер уверенно и последовательно долбил пиратов по фронту, а корабли поддержки подчищали тылы.

Три тяжелые ракеты достали ударный монитор, так что в тылах наемников оказались пара дохлых корветов и один десантный грузовик, практически беззащитный. Чтобы выжить в бою и не сгореть одним куском, он вынужден произвести сброс уже сейчас, на довольно приличном расстоянии от противника, снижая вероятность выживания десантных групп почти на пятьдесят процентов.

Я уже шесть часов заперт в трюме с трофеями, на технической палубе. Открыть переборку и перейти к техникам я могу, но в этом нет смысла, у них сейчас работы по горло, а чем-то им помочь — я не в силах. Сменив картридж на пустотном костюме, прошелся по свободной площадке, сделал несколько приседаний и отжиманий, разогнал кровь по венам, попрыгал и вновь сел в кресло перед терминалом, пристегнув ремни.

К этому времени первая группировка, которая так долго удерживала дистанцию, начала маневры сближения. Ход отчаянный и опасный, но наемники им просто не оставили выбора, не попавшись на пиратскую уловку с заходом их группы с тыла.

В безвоздушном пространстве звуки не распространяются, но вот корпус корабля, внутренний каркас и переборки отчетливо передают все напряжение того, что сейчас творится в реакторном отсеке, в накопителях и системах охлаждения: самых уязвимых системах в любом пустотном объекте. Реакторы пущены на полную мощность, несмотря на то, что молчат маршевые двигатели и работают только маневровые. Во время боя, корабль не может оставаться на месте. Накопители энергии натужно воют на пике заполнения, а потом гулко ухают короткой волной, сбрасывая энергию через сверхпроводники в разгонные магниты тоннельного орудия. По обшивке корабля носятся как угорелые, в интенсивном режиме, технические дроиды то и дело меняя вышедшие из строя эмиттеры силового поля. Грохочут словно барабанная дробь откатами плазменные пульсары. Весь крейсер гудит и вибрирует как колокол. Нагрузки на предельных пиках. Именно в такие моменты и проверяется качество, и уровень технического обеспечения.

Приходят отчеты и о потерях с нашей стороны. Уничтожены или сработали больше двух третей всех минных объемов. Считается вышедшим из боя корвет поддержки, а носитель палубных истребителей теряет рабочие газы, что говорит только о глубоких пробоинах у него на борту.