Всё, что мы узнали на Рынке, требовало осмысления. Информации вывалилось на нас столько, будто кто-то открыл шлюз прямо в череп. А времени, чтобы спокойно всё обдумать, почти не было.

— Так и чего… — дядя Паша постучал самокруткой по столу, потом не спеша прикурил. — Там, значит, целый рынок из тысяч миров?

— Ага, — кивнул Сэм. — Как лоскутное одеяло. Разных кусочков, сшитых магией. И торговцы там — мама не горюй… Даже гнома встретили.

— Хех, — усмехнулся дядя Паша. — И разумную кошку, что ли? Вот бы глянуть.

— Обязательно посмотришь, — ухмыльнулся Кос.

Он тогда всерьёз предлагал Ните пойти с нами — у него явно засела в голове идея завести себе «ручную» кошко-девочку. Но Нита посмотрела на него с таким выражением, будто он только что предложил ей стать его тапком.

— Во-первых, — ответила она сухо, — я не могу. Пока вы не вольётесь в Систему, никто не сможет пройти за вами в ваш мир. Во-вторых — у меня здесь лавка. И работа. И жизнь.

В общем, Кос обломался. Хотя, если честно, даже если бы она пошла, сомневаюсь, что стала бы той «мимимишной ручной киской», о которой он грезил. Нита была категоричной противницей рабства, и у неё на такие вещи реакция была… мгновенная. И с когтями.

— Я хотел кое-что обсудить с вами, — сказал я, привлекая внимание команды.

Пять пар глаз уставились на меня. В них — настороженность, интерес, тревога.

— То, что мы узнали… про мой атрибут. Про испытания. И вообще. Есть мысли?

Сэм поднял руку, будто мы были в классе.

— У меня есть, — спокойно сказал он.

Он замолчал, будто переваривая слова, и только через несколько секунд продолжил:

— Смотри… Твоя ненависть не вписывается в структуру Системы. А Система — она ведь работает на Аспектах. Аспекты — это осколки Искры Творца. То есть, суть её — созидание. Всё, даже разрушительное, в конечном итоге может быть частью творческого процесса. Но не твой атрибут. Он — чистое уничтожение. Без созидательной фазы. Это… аномалия.

— Ты думаешь, он не отсюда? — перебила его Катя и резко перевела взгляд на меня. — Ты что, пришелец?

— Помолчи, женщина, — махнул рукой Кос, криво усмехнувшись. — Дай человеку мысль закончить, не порти момент.

Катя лишь фыркнула и вернулась к своему занятию — методично и с почти болезненным удовольствием обрабатывала свои острые когти маленькой розовой пилкой. Контраст был до смешного ярким.

— Так вот, — продолжил Сэм, невозмутимо, будто никто его не перебивал. — Я почти уверен: твой атрибут — это не просто аномалия. Он внешний. Что-то, что было либо изгнано из этой вселенной… либо когда-то ей принадлежало, но было вычищено изнутри — богами, Системой, самими законами мироздания.