— Вона.

— И ты пилот грузового шагохода, переделанного в полубоевой.

— Да, сеньор. Я пилот Серого Хоробадо, позывной Драта Рапида, первый ранг репутации — достойна доверия Матери и перевозки самых важных материнских грузов. И до этого дня я ни разу не подводила Матушку…

— Не подводила Матушку. — устало повторил я, туша сигару о воду озерца и отбрасывая обгорелый сверток табачных листьев.

— Мать для нас — самое святое. Самое лучше, что случалось в наших жизнях! Она поверила в нас. Выбрала нас.

— Выбрала? — зацепился я за главное слово. — Как выбрала?

— Всех по-разному, сеньор, — чуть ободрилась девушка, каким-то своим женским глубинным инстинктом поняв, что ее на самом деле никто не собирается насиловать и вообще не видят в ней объект вожделения. Обычно такое обижает — а сегодня это обрадовало.

А с некоторой задумчивостью поглядев на промокший окурок сигары, девушка продолжила без понуканий:

— Мы простые обозники, сеньор. Вагон де трен. Нас загружают, указывают нашей транспортно-боевой бригаде точку назначения — и мы выдвигаемся. Преодолеваем джунгли, штурмуем ущелья и быстрые реки, порой пробираемся через зловонные болота. Матушка доверяет нам… но мы простые трудяги. А вы… вы ведь убили тех, кто был в верхнем отсеке… моих камрадос… моих амиго…

— Убили. — подтвердил я.

— Не вы… это ведь сделал тот, с мечом, что разговаривал со мной. Он убийца.

— Он тесак в моей руке. — покачал я головой. — Я приказал убить. Он выполнил.

— Ты убийца моих друзей?

— Да.

— За что? Мы не сделали вам ничего плохого! Я вижу, что вы не безумные бастардос убивающие ради веселья или наживы… да такие к нам и не сунутся… А вот вы сунулись и убили…

— Ага.

— За что?

— Чтобы остановить вас. — ответил я чистую правду. — Чтобы вы не добрались до Понти Севен.

— Чтобы мы не доставили модули святого и сурового материнского вопрошания грешников и еретиков?

— Ага.

— Так ты из них? Еретиков, ненавидящих Матушку?

— Ваша Матушка — машина. Машинный ум, искореженный уродливыми гоблинскими правилами, внедренными в ее чертоги разума. Вами командует система. Вас же она и приговаривает. И нет — я не еретик.

— Но говоришь ты как один из них… мне рассказывали о их умных и коварных речах… И ты остановил нас, чтобы мы не достигли Понти Севен! Да, мы не караем еретиков и грешников, но мы доставляем то, без чего приговор состояться не может…

— Допросные и плахи?

— Да. Все верно. А еще торговые машины с качественным и дешевым товаром! Подумай, незнакомец, отдавший приказ убить безвинных… Быть может, для тебя еще есть шанс покаяться?

— Подумай и ты, крыса. Может, для тебя есть еще шанс снова начать бояться и перестать быть такой уверенной, что я не велю моему мечнику разрезать тебя на куски?