— Ладно… ох… так это тот самый мир, Оди?

— Мир Формоза, — усмехнулся я, глядя на прояснившееся небо с черной длинной трещиной, уходящей в сторону прибрежных зон. — Во всей своей гниющей красе…

— Раз такая спешка… скоро выдвигаемся?

— Утром, — кивнул я, глядя на поднявшийся отряд, что с каждым разом приседал и вставал все быстрее, изгоняя из тел остатки холода. — Мы выдвигаемся ранним утром, гоблин.

— Куда ты смотришь, мальчик?

Имеющая на себе лишь мокрые трусы Ссака вопросительно улыбнулась молодому пареньку из рода Болрог и тот, поперхнувшись, поспешно отвернулся, при этом его голова поворачиваться отказалась, а глаза продолжали смотреть на прыгающие в такт приседаний сиськи.

Помогла старуха, что врезала заглядевшемуся тряпкой по хлебалу с такой силой, что вздрогнули даже самые седые из череды любопытных стариков, сидевших на прикрытых шкурами штабелях строительного материала подобно седым чайкам у линии прибоя умирающего океана.

Ночью Тогбо умер.

Умер так тихо, что до утра его смерть осталась незамеченной никем. Меня позвали к его походной постели, когда первые лучи искусственного солнца уже коснулись верха приютившей нас стены, хотя лежащий за ней спящий Дублин еще тонул в ночной тьме.

Смотря на окоченевшее тело рядом с откинутым одеялом, я простоял несколько минут, после чего отдал пару приказов:

— Доктора сюда. Понимающего в смертях. Затем похороним его.

— С чего он умер? — хрипло поинтересовалась Ссака, вытаскивая из-под подушки покойника виднеющуюся пачку дареных сигарет «Сурвсмоук» и коробок спичек «Мавитеш». Чиркнув, она глубоко затянулась и, поймав мой взгляд, пожала плечами: — Я вчера их курила. Норм.

— Мы всех их курили и курить будем, — подала голос Бэлха и коротко поклонилась мертвому телу. — Что вы делаете, ироды? Прикройте мертвеца! Выразите почтение!

— Мы скорбим, — отозвалась наемница и обвела тлеющей сигаретой собравшихся вокруг трупа гоблинов. — Просто скорбим по-своему… По сигарете?

Не отказался никто, и вскоре каждый уже дымил — включая продолжающую ворчать Бэлху. Крутя в пальцах дымящуюся сигарету, я смотрел на мертвое тело и думал о чем угодно, но только не о скорби.

Какого хера Тогбо сдох?

Последствия хладного сна? Вполне возможно. От подобной побочки никто не застрахован. А может последствия давнего ранения — вроде бы он был контужен, хотя моя голова уже не в силах удерживать сведения обо всех отрядных ранениях. Для этого у меня было системное меню, когда мы шастали по телу Камальдулы, выжигая и вырезая гнойные места… да и то я туда не заглядывал.