Отбив последний кусок, я впихнул себя в расширенную дыру ногами вперед, разбросал ранее собранные камни и… сорвался вниз. Стальные пальцы скрежетнули по камню, схватились за одну из каменных сосулек. Подо мной с грохотом неслась вода. На мгновение зажегшийся фонарь показал подземное русло, что с бешеной скоростью несло свои воды к реке Рио Рохо. Все шансы ускользнуть от встречи с шагоходом и транспортником. Там встретиться с остальным отрядом и…
Я полез вверх. Перехватившись, вбивая ноги в стену, я вернулся в дыру, втискивая себя навстречу зыбкому солнечному свету, едва пробивающемуся сквозь переплетения частично оборванных мною и чуть подрагивающих древесных корней.
Мне слишком больно, чтобы убегать. Пусть не самая сильная боль в моей жизни — да те же плуксы кусают в разы больнее — но эта мелкая постоянная обжигающая боль вызывала у меня столь же постоянную злость. А я не из тех гоблинов, кто может унять свою боль. Нет…. Я свою боль выплескиваю.
Замерев, сквозь щели в груде грязных камней я уставился на черную медленную тень, что нависла над карстовой трещиной, которая однажды превратится в очередной священный колодец для аборигенов.
Осторожно вытягивая зеленые толстенные опоры, надо мной двигался Символ Мира, показывая поляризированный бугор кокпита и многочисленные оружейные стволы. Шагоход двигался умело, четко вбивая одни опоры и упираясь другими. И шагоход действительно двигался с грацией хищного паука — а это уже не автоматика и не функция автохода. Это непосредственные действия умеющего красиво «ходить» пилота. Вот только… пилот она может и умелый, но опытной ее не назвать — я бы не рискнул тащить свою большую железную жопу поперек толком не проверенной трещины с дырами в стенах. Уверен, что она прошлась сканерами — я вижу веер лучей, что бежит по противоположной стене. Но… порой надо и оглядываться…
Стрелять я не стал. Пока что. Я чуть сменил позицию в своей «стартовой» трубе. Убедился, что могу оттолкнуться с достаточной силой. Присмотрелся к трем точкам опоры на противоположной стене. Повернувшись на бок, вытащил последний взрывной сюрприз. Мне бы сейчас нырнуть на пару секунд в набитый вкусностями прицеп внедорожника…
— Не понимаю тех, кто любит тропики. Мерде! — как говорят местные тупари. За что любить этот мокрый лес? Уловил юмор? Он даже не влажный — он, сука, мокрый! Постоянно! И нас вечно заставляют этот лес оберегать. Весь наш рыцарский отряд! Смешно! Мы как няньки, бегающие вокруг вечно обоссаного ребенка! Ты любишь детей? Я вот ненавижу. Мелкие, противные, вечно достающие, ссущиеся и капризные… — ну прямо как эти джунгли. Я сама девочка горячая. — шагоход замер надо мной, прочно утвердившись на расставленных манипуляторах. — Я сама из южных широт. Из песков. Но… там сухо, понимаешь? Там реально сухо и нет всех этих влажных сочащихся тварей… Я ненавижу потеть… а здесь я потею постоянно! Эй! Боец! Ты слышишь меня? Ты — Оди? Ты он? Та страшилка, которой нас пугают уже неделю? Кто ты? Расскажешь? Откуда взялся? Почему Мама так обижена на тебя? Почему так старается убить тебя? Давай… рассказывай…