Эдвард, Ромея есть! Есть новое восточно-христианское Единство. И я сделаю всё чтобы задуманное Президентом и нашими доверителями сотрудничество нашей страны и этого древнего, но стремительно летящего в Будущее Мира было наиболее плодотворно.

С уважением,

James W. Gerard.

Посол САСШ в Ромейской Империи,

специальный доверенный посланник президента САСШ Вудро Вильсона

* Эдвард Мандел Хауз — советник Президента САСШ Вудро Вильсона, известен так же как «полковник Хаус».

** Самуил Бертрон — нью-йоркский банкир, представляющий дом Шиффов

*** Уильям Сомерсет Моэм — английский писатель и разведчик

**** Дэвид Роуленд Фрэнсис — посол САСШ в России

***** Френсис Освальд Лидли — посол Великобритании в России.

РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. СОБОР СВЯТОЙ СОФИИ. 8 (21) сентября 1917 года.

Долгий, практически бесконечный путь вел меня сюда. Где и когда он начался? Там в Москве, когда я подписал план операции по завоеванию Проливов? Или в тот день, когда я по божественному недосмотру или по иной уважительной причине, вдруг оказался там, в Гатчине, 27 февраля сего года? А быть может там, в том далеком и недостижимом для меня будущем года 2015-го?

Отзвучали фанфары и песнопения, молитвы и здравицы. Я с трудом фиксирую свое внимание на чем-то конкретном, плывя по течению протокола, делая то, что делать должен. Интересно, почему и в прошлую коронацию у меня было такое же состояние? Хожу на коронацию, как на работу. Вон только сегодня у меня две встречи с короной. Вот, первую тащит уже какой-то бородатый мужик.

Константинопольский патриарх Герман V читает молитву и возлагает мне на чело корону Ромейской Империи. Пусть и не такую тяжелую, как российская, но тоже не пушинка.

Звучат фанфары и граф Бенкендорф возглашает:

— Божиею поспешествующею милостию, Михаил Десятый, Император и Самодержец Ромейской Империи, Царь Антиохийский, Царь Пальмирский, Царь Трабзонский, Царь Никеи, Царь Троады, Царь Херсонеса Фракийского, Великий Князь Александреттский, Государь Зазский и Курдский, Покровитель Ассирийский и прочая, и прочая, и прочая!

Толпа в соборе ликует, но все только начинается.

Вот вновь волнительный момент — Маша величественно преклоняет свои колени на специальную подушку и я, приняв от патриарха малую корону, аккуратно возлагаю ее Маше на ее прекрасную головку. Свита помогает закрепить корону в ее волосах, и я помогаю жене встать.

— Ее Императорское Величество Государыня Императрица Ромейской Империи Благословенная Мария Викторовна!

Вновь взрыв ликования.

Далее я, согласно протокола, подписываю первоочередные Высочайшие повеления, легализующие все территориальное деление, все структуры и все должности, которые по факту уже полным ходом работали, и, соответственно, заполняю первоочередные вакансии.