Солдаты у входа, тоже упустили свой шанс оказать сопротивление, и Никита, ударив издалека, прикончил их на месте.

— Слушаем внимательно. — Не поднимая лицевой щиток, он громко обратился к заложникам. — Сидим тихо, пока я не поубиваю там всех наверху. Если кто до моей команды высунется, лично башку откручу.

— Господин, мы адепты Звездосветной матери Ночи. — Обратился к нему пожилой мужчина, в штанах и рубахе, но даже несведущий человек не назвал бы их «простыми». Ткань самой тонкой выделки переливалась на сгибах, а швы нарочито небрежные сделаны явно вручную. — У нас только одна жизнь.

— У меня тоже. — Отрезал Никита, и вышел, закрыв за собой дверь.

— А разве так бывает? — Спросила дочка Алилоры Танлоо, неожиданно громко в звенящей тишине подвала.

— Он явно не лжёт, но… это невозможно. — Жрец покачал головой. — Что в мире творится…

— Так страшно жить, да? — Произнесла светлокожая девочка в лёгком платьице, незаметно стоявшая рядом.

— Да, милая. — Жрец наклонился к девочке, и коснулся губами макушки. — Беги, я тут постою.

Никита поднялся на половину пролёта, оказавшись за спиной у двух боевиков, карауливших главный вход и прямо перед парочкой, стоявшей за щитком крупнокалиберной плазмы.

Несмотря на то, что бойцы стояли в полной броне, удар мечом развалил сначала правого, а следом и левого, и в повороте с выпадом снёс голову оператору автоматической пушки, находившегося чуть в глубине холла. Через мгновение Никита получил пару прямых попаданий из плазменной пушки стоявшей на верхней галерее, и уходя из-под огня, сдёрнул с зажима метательный нож, и кинул со всей силы так. что стальной шип, пробил бронестекло, и глубоко вошёл в переносицу бойца стоявшего наверху.

Уровни у террористов были примерно от восьмидесятого до сто двадцатого, и всё что они могли — испятнать броню Никиты подпалинами, но разумеется если не подставляться. Вот и скакал он словно бешеная белка из стороны в сторону сбивая прицел, и убивая врагов одного за другим.

В силу отличной звукоизоляции здания, главарь банды, занятый руганью с переговорщиком от безопасности, понял, что всё пошло не так, когда Никита вошёл в бывший кабинет директора института, обрушив дверь на пол.

— Комитет госбезопасности СССР, генерал Калашников. Всем оставаться на своих местах. — Произнёс он по-русски, но не поняв точного смысла фразы, Лагди Харголл уловил её суть, сразу выдернул из кармашка дистанционный взрыватель, и утопил кнопку, но никакого эффекта не последовало.

— Что-то не так? — Участливо спросил Никита, на всеобщем нависая над террористом, и одним движением отобрал у него пульт. — Включено? — Он показал пальцем на включённый коммуникатор на столе и не дожидаясь ответа произнёс.