– Значит, для тебя этот кусок зуба нисколько не опасен? – уточнила я.

– Для меня твой зуб – просто подарок судьбы, – хмыкнул кот и заерзал, устраиваясь поудобнее. Я приподняла плащ, позволяя ему забраться внутрь, и уже оттуда услышала сонное: – Только я не сразу это понял. И лишь вчера, когда подкрался ухватить немножечко дейри, обнаружил, что ты очень вкусная. Такая вкусная, что я просто не смог уйти.

Я хмыкнула.

– Смотри, не объешься там. А то вдруг лопнешь от обжорства, а мне потом одной придется топать к эарам?

– Не лопну. Не надейся. Кстати, тебе тоже надо сменить имя.

– Это еще зачем? – озадачилась я.

– Затем, что у нас таких не носят. И если не хочешь выделяться, то будь добра, придумай себе другое. Что-нибудь более приличное, чем «Галина Игоревна Чернышева».

– Чем тебе не нравится мое имя? – моментально насупилась я.

– Всем. Оно чужое. Нездешнее. Поэтому ищи новое и поверь: так будет правильно.

– Ну… ладно. Тебе, наверное, лучше знать, – неохотно признав его правоту, я быстро сдалась. – Вообще-то есть у меня другое имя. Я его в качестве «ника» всегда брала, когда на форумы залезала.

– Куда-куда залезала?

– Неважно. Просто я одно время Дюма зачитывалась, вот и подобрала себе оттуда… гм… соответствующее: Гайдэ. А потом только под ним в Инет и входила.

– Гайдэ? – из-под плаща послышалось задумчивое урчание. – А что? Мне нравится. Значит, будешь теперь Гайдэ. Только не вздумай его забыть или обернуться, ища знакомых, когда обратятся к тебе!

– Не волнуйся, – усмехнулась я. – Я почти пять лет под этим именем регистрировалась, так что привыкла уже. Глупостей не наделаю.

– Хр-р-м… – послышалось снизу сонное, после чего я вспомнила, что, собственно, ночь на дворе, и поняла, что действительно заболталась.

Проснулась я внезапно, как от толчка, в полнейшей темноте и с громко колотящимся сердцем. Сперва подумала, что это Лин, ворочаясь, пихнул меня лапой, но потом прислушалась и поняла: нет, не он. Уставший за день шейри безмятежно сопел где-то в районе моей подмышки. Лапами кнаружи. Ох, как бы ему хвост не отдавить… однако что-то же меня разбудило?

Я быстро огляделась, но тут же поморщилась: видимость вокруг была нулевая. Куриной слепотой я, конечно, не страдала, но, привыкнув к ярко освещенным улицам, довольно трудно за два жалких дня научиться ориентироваться в кромешной лесной тьме. Так что сейчас для меня были различимы лишь ближайшие деревья, кое-как – густые кусты, обозначающие спуск к реке, а еще – едва тлеющие угли, от которых до сих пор вился слабый дымок.

Примерно полночь – на глаз определила я. Раньше бы костер не прогорел.