И тут меня очень ласково обняли чьи-то твердые, но очень заботливые руки. Лица коснулся легкий ветерок, похожий на смущенный поцелуй возлюбленного. Следом за ним мои волосы осторожно взъерошили, погладили, словно успокаивая и даря надежду на будущее. Кто-то неслышно запел над самым ухом, шепотом обещая помощь и защиту. А потом я словно растворилась в этом мягком голосе, откуда-то точно зная, что он не обманет.

Это было странное ощущение – внезапно стать чем-то иным, чем просто живое существо. Внезапно обрести силу гораздо большую, чем можно себе представить. Отрастить крылья и взмыть стрелой под самые небеса. Промчаться над верхушками деревьев, срывая с них трепещущую от радости листву. Поиграть в догонялки с проказником-ветром. Ощутить на себе множество горящих взглядов, полных узнавания и молчаливого обожания. Закричать от радости на сотни разных голосов. Стать ими. Принять их в себя. Отдать им свое сердце. Поделиться тревогами. Подарить собственный зарождающийся восторг. Ощутить в ответ тихую благодарность. Промчаться по земле сотнями маленьких лапок. Зашелестеть миллионами пышных веток. Качнуться на ветру сотнями тысяч свисающих с них лиан. Запеть. Затанцевать. Освобожденно потянуться, неожиданно понимая, что время новой жизни настало. А затем сделать глубокий вдох, всем существом вбирая это непередаваемое ощущение цельности, и, наконец, очнуться на том же самом месте, на той же погруженной в тишину поляне, каким-то краешком сознания еще держа в памяти гремящую мощь произошедшего единения и смутно сожалея, что оно так быстро закончилось.

– Гайдэ? – снова спросил Мейр, когда я шумно выдохнула и ошеломленно моргнула. – Гайдэ, ты как?

– Не мешай, – проворчал Лин, по-прежнему держась на расстоянии. – Не видишь: она в первый раз принимает силу по-настоящему. А Эйирэ принимает ее. Дай им время.

– Как, Эйирэ?!!

– Вот так. Эйирэ – это и есть Лес. А Эо – не что иное, как Знак Ишты. Знак Леса, который наша Гайдэ неожиданно обрела.

Оборотень потрясенно глядел на меня во все глаза, но я к тому времени уже пришла в себя и смогла самостоятельно встать. Только сейчас заметив, что сидела не на чем ином, как на деревянном троне Эа. А то самое дерево, что создавало этот трон из своих ветвей, осторожно и очень заботливо теперь поддерживало меня под локти. Молчаливое, мудрое и такое же древнее, как весь этот Лес.

– Хранитель, – безо всякого удивления поняла я. – Ты – старший Хранитель Эйирэ. Такой же, как олень на Равнине.

Дерево согласно зашелестело ветками.

– И что ты во мне нашел? – вздохнула я. Но скорее задумчиво, чем огорченно – недавние впечатления еще не успели выветриться из моей головы и в какой-то мере примирили с неизбежным. – Но самое главное: как мне теперь быть?