Что-то, одной точкой чувствую, обхаживают меня, как несговорчивую невесту, не к добру, однако. И чего ему из-под меня надо?.. Ладно, всё равно уже со всех фронтов к нам курсанты учиться едут, никакой тайны нет, согласимся.
— Так точно, ваше превосходительство.
— Другого ответа, признаться, и не ожидал… Спасибо за приятную беседу, господин капитан, если нет вопросов, штабс-капитан Киселев отвезет вас обратно…
Всю дорогу обратно из головы не шла мысль, что произошедшее действительно было смотринами. Знать бы еще, чего добиваются эти женишки…
Прямой справа в челюсть, противник вкручивается внутрь под удар, пытаясь достать меня по печени, левая по касательной уводит бьющую руку в сторону за себя; превратить движение правой в захват воротника не удается, пытаюсь провести удушение локтем, меня накручивают на бросок через бедро, уже в полёте левой цепляюсь за рукав, выводя оппонента из равновесия, и каким-то чудом попадаю каблуком по голеностопу опорной ноги, соперник с непроизвольным хеканьем приземляется рядом со мной, ребром правой ладони — удар по горлу… Но только имитирую. Затем встаём и, довольно улыбаясь, пожимаем друг другу руки, а затем подходим к зрителям — генералу Батюшину и двум сопровождавшим его офицерам.
— Браво, Денис Анатольевич, весьма впечатлён! — Николай Степанович улыбается, затем обращается к моему экзаменатору: — Что скажете, Фёдор Фёдорович? Как вам?
— У молодого человека достаточно своеобразная манера ведения боя. В основе — один или несколько казачьих стилей. Донцы, не так ли, Денис Анатольевич?
— Да, в основном, — не спешу разочаровывать Фёдора Фёдоровича, неприметного дяденьку лет основательно так за сорок, с которым только что «воевал». Возраст возрастом, а чувствуется в нём очень опытный боец. Быстрый, сильный и матёрый хищник, который сейчас, впрочем, в хорошем настроении. Честно говоря, так и не понял, работал он в полную силу или просто меня проверял…
— Но вы еще интересно работаете локтями и коленями… Что-то из японской борьбы?
— И оттуда — тоже, — снова соглашаюсь с экспертом. — Кое-что немного сам додумывал.
— И вы хотите сказать, что у вас в батальоне все солдаты вот так могут? — Батюшин снова берёт инициативу в свои руки.
— Базовые навыки даются всем, а дальше — по специализации. Штурмовикам — бой на уничтожение, зачистка помещений, разведке — бесшумные действия, снятие часовых, и так далее, тут уже больше работает тактика, а не рукопашный бой…
— А вы не слишком усложняете, господин капитан? — подает голос знакомый уже штабс Киселев, приехавший с Батюшиным. — Зачем солдату забивать голову всякой ерундой? Научить одному, ну — двум десяткам приемов на все случаи жизни, и — хватит. А вы им еще всякие премудрости растолковываете.