Журавль-Одиночка — говорили о Нем жители Царства Зверей.

Орион Провидец — так Он был известен в Высших Сферах.

Сам Он любил, однако, когда к Нему обращались по почти забытому званию — Рыцарь Магического Света. Все, кто хорошо знал Его, полагали это не более чем причудой, вполне простительной для одного из Владык. И не подозревали правды…

— И кто несет ответственность за это?

— Не знаю. Это наш последний ход. Таких в природе ситуаций нету, чтоб пол-партера вывести в расход…

— В Природе нет… А в Хаосе, а в Смерти? Ты что, совсем забыл про Шесть Сторон, шесть Сил, что правят Гранями Вселенной?

— Не Смерть, а Тьма — коль говорить про Дом. Ведь каждый из Домов и Смерть, и Жизнь в себе несет; что Свет, что Колдовство…

— Неважно.

— Как сказать. Ведь Катаклизм на том и был основан, что Герой в назначенный момент и в нужном месте сказал не те слова.

— Не спорю. Враг не дремлет — и из всех Его известий нам только часть открыта.

— Да? А как повержен был Он и растерзан в клочья коротким словом — Старым Словом Сил?

— О том и речь. В краю Предвечной Ночи Он охранял всех тех, кто согрешил пред Кодексом; и силой их питаясь, сам стал Он тем, кого стерег во тьме. И с трепетом расплаты ожидая, где нам найти уверенность во дне грядущем? Мы — не боги, не Арбитры. Мы — Игроки, и наша жизнь — Игра. Фигуры и Доска — вот та стихия, в которой мы живем. Придет пора, и мы уйдем в пучину, не оставив и тени сожалений о себе.

— К чему ведешь ты? Это не исправить, не изменив Игре — или Судьбе. Наш выбор сделан, и не променяешь его ты на иную участь.

— Да. Тут ты права. И все же, сколько правил мы создали — и для чего? Чтоб Дар, который мы вложили в человека, в конце концов был брошен против нас?

— Ты ожидаешь от меня ответа?

— Нет. У меня есть свой Орлиный Глаз…

— Но кто тебе подкинул ту идею: не торопитесь, вскоре, мол, закон позволит Колесу снять чары Змея? Кто говорил, ты помнишь?

— Гиддеон! Вот сукин сын, так он предвидел…

— Вряд ли. Ведь не смогли мы оба избежать удара; мог ли до конца спектакля он переход к финалу просчитать?

— У Масок ставка в сорок девять судеб. При том, что в этом цикле нет таблиц — так что найти, каких ходов НЕ будет, вполне возможно. При Замене Лиц.

— Замена Лиц? Для Масок⁈ Это значит…

— … что наш черед пришел в Игру вступить. Иначе — все награды прошлых матчей кровавой пылью станут…

— Может быть. Но Кодекс предусматривал расходы делить на всех — а кто в те дни владел Печатью? Мы не видели исхода — так что, искать всех тех, кто уцелел? Расклад неутешителен: событья нас ждут такие, что из сотни бед на нас придутся те, где мы бессильны. Так что осталось лишь сказать «привет»